О молодости

maiorova — 08.03.2018 У меня была своеобразная молодость. Теперь со спокойной душой можно сказать -- была, больше не вылезет, а вот когда шёл флэшмоб известный про восемнадцать лет, забавно получалось: фотографий нет, рассказать вроде как и нечего. Не станешь же сообщать в ЖЖ, как во Дворце Пионеров чуть не насмерть подавилась гадким портвейном. Или как меня из института пафосно исключали за сданный, заметьте, зачёт. Хотя это было бы полезно, и полезно весьма, рассказать: пусть бы люди послушали, как на запятой могут повесить. Или как на кладбище примёрзла косицей к этому металлическому... к оградке. Во. К оградке. Такой мороз был, старожилы не упомнят, называется.

Вообще на кладбище я всегда хожу с какими-то хохмами. Родные и близкие уже это знают и начинают смеяться, как только я завожу:
-- Пошла я вчера на кладбище... -- то есть грядет новая порция жизнеутверждающего чёрного юмора. Но юморок-то такой! для внутреннего пользования. А здесь всё же хоть малый журнальчик, а считай, для массовой информации. Совестно.



Что касается мамы моей, она рассказывала так:
-- Мне тоже мои студенческие годы представлялись не в самом радужном свете. То одно, то другое, то десятое. Одни "тысячи" по английскому сколько нервов стоили. (Замечу в скобках, мы были от "тысяч" избавлены странной причудой программы). А мне тогда все, особенно старшие, повторяли: пойми, пойми, прислушайся, это твоя молодость! Это твои самые лучшие годы жизни! Годы учёбы в университете -- самые лучшие годы жизни! Не может быть, думаю, что за бред. И сейчас, оглядываясь ретроспективно, понимаю -- да, старшие оказались правы. Это были самые лучшие годы, и самые счастливые. И сейчас я только так студенческое время и вспоминаю -- самые лучшие годы моей жизни. Самые счастливые. Так же и ты вспомнишь и скажешь себе: это были мои самые счастливые годы. Были и прошли.
-- А я-то думала, -- ворчливо откликалась я, - что твои счастливейшие годы были, когда я была славным розовым младенчиком с маленькими ручками, бу-бу-бу.
-- Болели тогда мы обе, какое уж тут счастье.
-- Это верно, но болею я и сейчас.

И вот, опять же пошла я на кладбище. По-моему, кто-то уже улыбается и правильно поступает. Потому что пошла ближе к вечеру, дело было уже к осени, и внезапно резко стемнело. Я туда, сюда: где же выход? Выход-то где? Вот только что я вылезала через дырку в заборе, а дальше перейти железнодорожные пути, миновать гаражи, обойти конюшню, по парку метров сто... ну, там сама по себе дорога -- не соскучишься, но вопрос в другом: где моя дырка в заборе? Иду и иду, а её всё нет и нет. Ладно, думаю, полезу через забор. Разулась и полезла. В кромешной тьме, в антисанитарных условиях, ветки хлещут, моросит.

А тогда на слуху была история, как один тип решил срезать через кладбище, не нашёл дырку в заборе и полез через забор. Ну, пьяный, понятно: оскользнулся, упал, и страшное дело -- наткнулся грудью на железный прут, из ограды сверху торчащий. Так и висел до утра. До первых посетителей. А потом его выпиливали пилой по металлу вместе с прутьями, на которых он повис, и с помпой везли в хирургию. Выжил.

Но сами понимаете, оптимизма мне это не доставляло. Тем не менее залезла. Сижу. Спрыгнуть боюсь, внизу темно, хоть глаз выколи. И думаю: да. Неужели вот это вот всё -- лучшие годы моей жизни? Что ж дальше, если счастье такого свойства? Сижу на кладбищенском заборе с сапогами в руках, вокруг ночь кромешная, и хихикаю, как сыч в период половой охоты.

А потом ничего, бодрее пошло. То есть это не самые счастливые годы. К счастью.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив