И пусть молчит

olga_srb — 05.07.2020 Приземление женщины на лавочку, на которой я сидела и читала книжку, было неожиданным. Оно вернуло меня в реальность, резко вырвав из мира богемной буржуазии, о котором я читала.




После непродолжительного маневрирования колесами женщина установила напротив себя коляску с упитанным карапузом, лет трех с виду, и углубилась в объемную хозяйственную сумку.

- Абрикос скушаешь? Смотри, какой спелый, сочный! Давай попробуем? Ням-ням! Давай? – задорно обратилась она к малышу, извлекая из сумки пакет с абрикосами. Судя по аромату, плоды действительно были спелыми и сочными, но ребенок не только не проявил к ним интереса, но даже не взглянул на свою спутницу. Впрочем, меня он тоже не замечал.

Заметив, что я отвлеклась от чтения и, вероятно, готова поддержать беседу, женщина продолжила:

- Молчит. Уже три и восемь, а никакой речи нет. Нормальный ребенок должен уже целыми предложениями разговаривать.

Не получив от меня вербальной поддержки (я ограничилась сочувственным кивком головы, рискуя пополнить список молчунов, не вызывающих у женщины симпатии), она вновь обратилась к мальчику:

- Ты будешь абрикос или нет? Нам его мама зачем дала? Чтоб ты скушал. Если не хочешь, я съем. На, давай. Ну, не хочешь, как хочешь.

Ребенок по-прежнему равнодушно смотрел мимо того, кто пытался проявить о нем заботу, и женщина, надкусив сочный плод, удовлетворенно произнесла: «Спелые какие! Красота!».

Поскольку из мира богемной буржуазии я была окончательно вычеркнута, мне пришлось проявить интерес к живому общению.

- Мне его мать говорит: «Вы его недостаточно любите». А почему я его должна любить? Любить его должны мама с папой. И бабушки. Но они почему-то не спешат его любить. Так и я его любить не должна. Это просто моя работа и все. Я себя любить должна, а не его. Правильно?

К счастью, ответа не требовалось, поэтому я продолжила сочувственно молчать. В этот момент мое сочувствие сосредоточилось на ребенке, и, если бы не его предельно отстраненный вид, возможно, я бы его высказала.

Карапуз закрыл глаза и задремал.

- Они не хотят видеть простую вещь: ребенок ненормальный. Я же у них не первая няня. До меня были женщины, но как только встает вопрос о его поведении, так сразу: это вы должны найти к нему подход. Да какой подход?

Я двадцать с лишним лет в саду отработала! Я к любому ребенку какой хочешь найду подход, если он нормальный. Они хотели к нему психолога в няни нанять, но обломались. Никакой психолог за такие деньги не будет вкалывать.

Упоминание психолога заставило меня открыть рот. Я заметила, что совершенно необязательно «нанимать» психолога - есть специалисты, к которым можно обратиться, чтобы уточнить диагноз и получить рекомендации.

- Да что Вы?! Они про это слышать не хотят! Его бабка как-то проговорилась, что им говорили сходить к врачу. Так они это в штыки воспринимают. Они считают, что это няни во всем виноваты - мало любят.

Я попыталась утешить собеседницу тем, что реакция отрицания характерна для родителей, воспитывающих проблемного ребенка, но мои утешения, судя по всему, были излишни. Разделавшись с абрикосами, женщина принялась за банан и продолжила:

- А я себя так настроила: все, что ни делается – к лучшему! Молчит – ну и пусть молчит. И слава богу. Лишь бы не орал. Он иногда ни с того, ни с сего орать начинает. Вот это я не люблю. А если не орет, то и хорошо.

Иду в парк, читаю журнальчик, дышу свежим воздухом. Он из коляски не любит вылезать, а я и не заставляю.

Пусть сидит. А то еще навернется, не дай бог. Мое дело день отсидеть и в целости-сохранности сдать. Все.

Дальше пусть любят. Я за двадцать лет с детьми так наработалась, что мама не горюй. Мне вот на эти закидоны здоровье тратить не упало.

Дальше разговор перешел на ботаническую тему, потому что напротив скамейки, на которой мы оказались вместе, была разбита великолепная клумба.

Мое сочувствие разрывалось между всеми этими людьми: мальчиком, его уставшей от детей няней и родителями, которые панически бояться признать проблему.

Очевидно, что ребенок не виноват в том, что имеет нарушения в развитии. И ждать от няни, что она заменит мать или специалиста, тоже бессмысленно. Наверно, всю ответственность можно возложить на родителей, но ведь и они – обычные люди, которые не заканчивали родительских университетов и реагируют на проблемную ситуацию так, как реагирует на нее большинство людей.

Закончив с бананом, няня выбросила в урну пакет с отходами, обработала руки антисептическим гелем и совершенно довольная жизнью развернула журнал, а я пошла домой. У меня закончился перерыв и желание читать о мире богемной буржуазии.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив