Своё облако - 7.

    Жизнь казалась Генычу пусть и тусклой, но очень стабильной. Хотя за эту стабильность и приходилось всё время бороться, но создавалось впечатление, что всё в твоих руках. Прямо как в советское время говорили. Впрочем тогда это было как раз совсем не так.  В общем ему сейчас казалось, что у него всё под контролем.
             

                 

    До Ярославля добираться примерно 3 часа. Обычно он ездил туда поездом. В дороге либо что-нибудь читал, либо слушал в наушниках. А иногда просто смотрел в окно и думал о своём. Но тут ехать в общественном транспорте совсем не хотелось. Лена вызвонила шофёра из их конторы и попросила за дополнительную плату довезти его до города. Геныч сел на заднее сиденье, чтобы не общаться и не быть у водителя на глазах. Он сидел и просто тихо плакал. Конечно, Иру он не любил, в смысле ,что по мужски никогда не любил. Но она стала частью его жизни. Она как бы всё время была рядом.

                       

      После того как устроился в гостинице, связался с Ириной подругой.  Организовывать похороны, как выяснилось, было некому:  старики да женщины.  И Генычу пришлось всё взять в свои руки.  Никогда он этим не занимался: всегда в таких случаях хлопоты на себя брала Лена.  Но оказалось, что если есть деньги, то всё очень просто.  Для Ярославля у Геныча были большие деньги, а потому он везде быстро договорился.  Сперва заказал гроб, потом отпевание в церкви, ну и место на кладбище. Всё ,что человеку после смерти нужно, вернее тому, что осталось от этого человека. Пришлось, правда, ещё ехать в морг и там забирать тело.  Делать это Геныч немного остерегался, но всё оказалось не так страшно: ему из специального холодильника вытащили просто тень Иры, как бы её физическую копию. Затем специальные люди положили её в гроб и отвезли этот гроб в церковь для утренней службы и отпевания. Ирина не была особо верующей, но , проходя мимо церкви , заходила иногда,чтобы поставить свечки. Ну и на Пасху ходила. А так всё.

                 

        Народа провожать её пришло, как ни странно, много:  человек ,наверное , пятьдесят.  Пришли многие учителя, ещё какие-то подружки и даже весь её класс.  Из родственников мать и старенькая уже совсем бабушка.  Всё прошло в достаточной степени быстро.  Ира лежала посередине церкви и священник читал над ней молитву.  Потом каждый по очереди подходил и прощался.  И только сейчас Геныч заметил, что застывшее лицо Иры выражало мучения. Видимо это отражало её последние ощущения.  И тут какая-то молодая совсем девушка (видимо Ирина ученица) начала так рыдать, что всем стало не по себе. Видимо у неё случился какой-то нервный срыв.  Но Генычу просто хотелось подойти к ней и ударить, что было бы, конечно, ужасно.

               

     После этого все сели в специальный автобус и поехали на кладбище. Ирин гроб стоял закрытым в самом конце сидений. Генычу подумалось, что вот Ира находилась всё ещё рядом, но они уже не были больше вместе. На кладбище всё было совсем уже быстро: рабочие уложили вглубь на специальных поясах гроб, все бросили по комку земли и яму закопали.  Тот же священник ещё раз прочитал молитву и на этом всё закончилось.  Геныч не знал, что в таких случаях надо делать, но подошёл и поблагодарил священника, тот во овет приветливо кивнул.

               

     Дальше большинство людей попрощалось и разъехалось, а они вместе с Ириной бабушкой, матерью и ближайшей подругой поехали домой на поминки. Некоторые потом тоже к ним подтянулись. Геныч предлагал всё устроить в ресторане, но бабушка наотрез отказывалась.  Вообще всем у них, видимо, руководила властная старушка: мать оказалось блёклой невзрачной женщиной примерно возраста Геныча, она всё время просто молчала.  В общем сидели за общим столом, все что-то такое (как им казалось значимое) вспоминали.  А бабушка произнесла простой тост:  "Ушла молодая хорошая женщина.  Упокой её Господи!". И это показалось как раз самым правильным.  Потом народ потихоньку стал расходиться кивком со всеми прощаясь и остались только совсем уже близкие.  И тут бабушка полезла куда-то в сервант, чтобы достать большой довольно альбом с фотографиями.  Геныч подумал, что сейчас вот уже никто таких альбомов не делает: всё хранится в телефоне.  Там оказалось много всяких Иркиных фотографий разных лет, сначала даже чёрно белых.  Внизу каждого снимка была подклеена надпись поясняющая год и место съёмки.  На многих последних фотографиях Геныч увидел себя,  а иногда они вместе с Ирой где-то.  Бабушка тогда ему сказала "Вы знаете, Геннадий, Ирочка Вами всегда очень гордилась и так часто о Вас рассказывала!".  Геныч обратил внимание на то, что старушка сказала именно "гордилась", а не "любила".  Наверное это и выражало суть их отношений.

                 

    На этом как бы всё и закончилось.  Геныч со всеми как мог попрощался , поцеловав только бабушку в сухую морщинистую щёку , и поехал в гостиницу. Они потом с бабушкой периодически перезванивались.  Вернее это он ей всегда звонил.  Но она потом прожила лишь несколько лет и тоже представилась. На её похороны он уже не поехал: всё же они не были так близки, да и сил у него в то время как-то не нашлось.