флеш бэк

ponilola — 12.12.2018 Я так поняла, что воспоминания о каком-либо времени это всегда вещь субъективная. Любой вид ностальгии это не только и не столько тоска по ушедшим годам, сколько больше по любви к себе любимому, тогдашнему. Молодому, без геморроя, ревматизма и новой фотографии в паспорте, на которой уже не бодрое лицо.
Я, кстати, вполне понимаю и разделяю точку зрения всех, кто дрочит на СССР и кто его ненавидит. Все дело в контексте событий и окружающей среды, что была вокруг конкретного человека. Кто-то жил хорошо, кто-то не очень. А есть еще среднее арифметическое.
К концу Союза мне было 12, поэтому я не эксперт, застала лишь хвостик. Зато мои девяностые были более чем сознательны, особенно ближе к середине-концу.

Наверное это было страшное время, наверное.
Но в силу возраста даже такое явление, как недоедание, воспринималось мной не как катастрофа, а как временное досадное недоразумение. Может быть потому, что начиналось то все весьма неплохо.

Мой папа в начале девяностых работал строителем в довольно, так скажем, успешной бригаде. Они строил дачи и дома людям с большими деньгами и такими же должностями. Папина трудовая деятельность оплачивалась достойно, за редким исключением глобального кидалова. Когда за выстроенный с нуля коттедж некий борзый товарищ не выплатил вообще ничего. Ну да счастья ему в карму, думаю аукнулось.
Финансовый поток перекрылся резко и в один момент после 1996, когда на папиного начальника наехали местные братки. Они провели с мужчиной профилактическую беседу, в ходе которой четко, на его пальцах обозначили дальнейшие перспективы бизнеса. Огласили условия нынешних рыночных реалий, в которые он, как оказалось, глобально не вписывался.
После разговора почти живой бывший начальник на радостях стартанул в славный город Сочи, прихватив с собой семью и оставшиеся от распрождажи имущества капиталы. А папа мой лег на дивна и на дно депрессии.
Нет, он не пил, просто лежал и смотрел телевизор, пытаясь понять, что все-таки случилось. Где-то с полгода.

С работой на тот момент стало туго уже повсеместно. Я училась на втором курсе, мой брат пошел в первый класс. Маму после декрета успешно сократили из пожарной части, с последующим трудоустройством у нее тоже не очень складывалось. Она пыталась челночить, работать лифтером. Был момент, когда мы с ней торговали петардами к Новому Году на местном базаре, а дяденьки милиционеры нас вполне законно гоняли.

Примерно в это время я вспомнила, что умею вязать на спицах с шести лет, а крючком с десяти. Носить было катастрофически нечего, зато у мамы с папой имелось три чемодана вышедших из моды вещей. Дикий клеш, рубашки с отложным воротником истерических расцветок, юбки и платья, ждавшие своего часа.
И я окунулась в хендмейд с головой. Вязаная кофта за три ночи-не вопрос, платье с разрезом по самое неприлично-легко. Особенно я любила комплект из жилета и юбки, на который меня вдохновил фильм "Арлетт".
Там было платье-шикардос, все, как я люблю. Бюст в нем поддерживали импровизированные руки в виде аппликаций, попу обнимала точно такая же пара.
Я распорола кожаные перчатки и прифигачила одну пятерню аккурат на зад юбки, две руки ушли на перед жилета. Но расположила я их не столь компрометирующе, полунамеком. Все-таки на учебу ходить.
А однажды, когда денег не было совсем, а на улице холодало, мы с мамой в четыре руки связали мне пальто. Среди своих я слыла модницей.

Параллельно шла обычная жизнь студентки, с той лишь разницей, что я крепко заболела чем-то непонятным и прокаталась на "скорых" около трех лет. Что не мешало мне в перерывах заводить романы и немного подрабатывать танцами гоу-гоу за смешные-пересмешные деньги. Это было душераздирающее зрелище, в "Танцы на ТНТ" нас бы точно не взяли, но людям нравилось, ну и нам тоже, чего уж скрывать.
Я участвовала во всех кипешах и всей самодеятельности, какой только можно было представить. Оргкомитеты, КВНы местного разлива и прочия, прочия, прочия. Однажды знакомый мальчик предложил мне общий замут. Какими-то партизанскими тропами он вышел на людей, которые предложили ему помещение под клуб. По бросовым ценам.
Дело это тогда еще было доходное, но рисковое. С меня, в качестве пая, предполагалась организация шоу-программы. Коллектив танцующих девочек. Но в двадцать лет выбор между деньгами и любовью не стоит, ну у меня не стоял. Некогда Оксаночке было бизнесом заниматься. Дура дурой, хотя... может и жизнь себе этим сохранила.
Время действительно было лихое. И у нас тогда еще были силы пить коктель "Молодость" водка плюс "Спрайт" , все дело в волшебных пузырьках.
И я любила мажора. На самом деле он был нестандартный, совершенно восхитительный, самый лучший из всех возможных мажоров. Просто мальчик обеспеченного папы, который вел себя, как обычный студент. Мы много гуляли пешком и все-все думали, что я его на себе непременно женю. В общем-то он был непротив, его друзья считали меня идеальной, да чего уж там, я даже умудрилась немного понравиться перспективной свекрови.
Я его предала, очень жестоко.
Но он простил меня и мы разошлись только через год. Тогда же закончились мои девяностые и началась совершенно другая жизнь. Я оборвала все связи, все контакты с людьми, что знали меня до этого. Тогда мне казалось, что навсегда.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив