Боги и их клирики
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Всем известное понятие, под которым могут скрываться сразу два несовместимых явления. Всем известная пара противоположностей, оказывающихся двумя сторонами одного явления. Или, на худой конец, противоположности, граница между которыми пролегает совсем не там, где обычно думают.
Вот и сейчас мне внезапно бросилась в глаза одна такая двойственность. Я много раз видел её раньше, упоминал о её «половинках» в разных разговорах, но как-то не рефлексировал на эту тему. А теперь вдруг задумался.
В современном фэнтези (да и во многих оккультных учениях, они тоже изрядно фэнтезийны) вера весьма часто – реальная сила.
Но чья именно это сила?
У одних авторов вера придаёт силы тому, в кого верят. Молитвы поклонников, их чувства, их преданность и самопожертвование – всё это сливается в поток духовной энергии, питающий кумира.
Верят в бога – он становится сильнее. В человека – он может возвыситься до бога. В вымышленную сущность – она может возникнуть из ниоткуда силой коллективной веры и стать реальной.
Если же вера иссякнет, то и кумир ослабеет – а может быть, вовсе исчезнет, как будто его никогда не было.
Но самому верующему она не приносит никакой пользы – наоборот, она скорее вредна, ведь чем жарче вера, тем больше ты отдаёшь. А вот то, сколько ты получаешь – и получаешь ли вообще – зависит исключительно от милости божества.
Конечно, любой здравомыслящий бог постарается чем-то делиться со своими поклонниками, чтобы они не разочаровывались в нём и не снижали накал обожания. Толще бог – сильнее чудеса – больше веры в народе – толще бог. Но в основном, что логично, он потребляет больше, чем отдаёт.
В пределе мы можем получить, например, религию, бог которой – циничный прагматик. Люди для него – пища, источник его власти. И высшими иерархами его церкви будут такие же циничные прагматики, относящиеся к нему так же, как и он к людям.
Они не почитают своего бога, не преданы ему, не обращают к нему свои мысли и чувства – словом, от них он ничего не получает непосредственно. Но зато они мастерски поддерживают веру в народе, и потому бог не оставляет их своей милостью. Они могут творить реальные чудеса – исцелять больных, испепелять врагов небесным пламенем, жить столетиями и всё такое. Все остальные, сколько бы ни молились, получают только те крохи, которыми с ними делятся иерархи.
У других авторов вера делает сильнее того, кто верит. Может быть, боги существуют где-то там, а верой ты открываешь канал доступа к божественному могуществу – чем сильнее вера, тем шире канал. Может быть, вера сама по себе есть сила, а образ и имя божества лишь помогает её сфокусировать и направить.
В любом случае вера здесь – не «выдох», а «вдох». Она не порождает поток, идущий от тебя, а открывает дверь к чудесам, откуда бы они ни исходили, от богов или из глубин твоей собственной души.
Такая вера – прежде всего плюс для человека. Чем жарче ты горишь, тем больше в окружающем мире способен зажечь, сдвинуть или ещё как-то изменить.
В таком сеттинге часто встречается один определённый конфликт. С одной стороны – высшие иерархи церкви. Они проповедуют бога, но сами уже давно в него не верят, а потому вся их власть – только в мире людей. С другой стороны – «неподходящий святой». Уличный мальчишка, проститутка, крепко пьющий монах-расстрига. Они не слишком благочестивы, не особо праведны, но их вера искренна, а чувства чисты – и поэтому благодать сходит на них.
Ещё один аналогичный сюжет: циничный прагматик основывает новую религию ради собственной выгоды. Он заведомо не верит в своего бога, потому что сам его придумал. Но один из его последователей – не просто верит, но становится настоящим чудотворцем, чем и поражает протагониста в самое сердце.
В любом случае бог в этом варианте не получает от людской веры и поклонения никакой пользы. Он может поддерживать свою религию, потому что любит людей и хочет им помочь. Может не одобрять её. Может понятия не иметь, что ему поклоняются (и вообще не быть богом). Может и вовсе не существовать.
И всё равно его последователи будут творить чудеса его именем.
Первый вариант, насколько я понимаю, родился благодаря Элифасу Леви и его концепции эгрегоров. Воля и воображение людей создают «возмущения в Силе», они накладываются друг на друга, и самые сильные и устойчивые вихри становятся могущественными сущностями. Эти сущности, хотя и созданные людьми, начинают сами властвовать над людьми, чтобы и дальше питаться и расти.
Эту концепцию традиционно любят церемониальные маги и энергуи.
Происхождение второго сложнее, но начало его, вероятнее всего, в евангельских повествованиях. Это там Иисус постоянно подчёркивает важность веры. И его ученики не могут совершить чуда «по неверию своему», и сам он не в силах исцелять тех, кто не верит в него.
Затем на него наложилась всё та же концепция эгрегоров. Если твоя вера может сотворить настоящего бога, способного на настоящие чудеса, что мешает тебе творить чудеса самому, без посредников?
Этот вариант популярен среди ньюэйджеров и поклонников силы мысли. Ну и среди создателей видеоигр и настолок – чтобы клирики-чудотворцы в их сеттинге отличались от волшебников.
То, какую версию выбирает автор, кое-что о нём говорит.
По моим наблюдениям, склонность к первому варианту хорошо коррелирует с антирелигиозностью автора. Боги в нём – метафизические паразиты, польза от которых намного меньше, чем вред от них.
А вот те, кто предпочитает второй, запросто могут быть весьма религиозными, но они чаще всего антиклерикальны. Как, собственно, и ранние протестанты, которые начали проповедовать спасение одной только верой.
|
</> |