novayagazeta — 02.12.2022
Исторические деревянные здания в центре Самары стремительно объявляют аварийными. Чтобы
снести. А иногда они просто горят.Настаивать на аварийности здания или доказывать отсутствие таковой стало частью градостроительной политики Самары. Причем доказывать приходится порой через суд. Так было в недавней громкой истории с Домом просвещенцев. Его аварийность оказалась выдуманной и выгодной группе интересантов. Прошлым летом обошлось без судебных разбирательств. Но история получилась не менее показательной. От сноса тогда было спасено 47 домов. Среди которых были объекты культурного наследия и ценные градоформирующие.
Специально созданной комиссии пришлось осмотреть в историческом центре города более сотни зданий, определенных под расселение и ликвидацию. Видимо, в категорию аварийных некоторые из них заносились не глядя. А буквально в эти дни суд рассматривает (и уже не в первый раз) очередное «аварийное» дело.
Первый этаж в
крепком двухэтажном доме на улице Самарской, 90, — это самый центр
города — семья Ильиных купила осенью 2020-го. Покупали прицельно —
под медицинскую лабораторию «Гемотест». Перед этим провели
мониторинг и выяснили: подобных заведений в Самаре не
хватает.
Помещение
подбиралось, исходя из требований франчайзера, а они весьма
серьезные. На согласование руководству сети предоставили план
здания, всю документацию по нему, фото внутри и снаружи. Одобрение
было получено, предприниматели подписали с «Гемотестом» договор
коммерческой концессии и оплатили взнос. Заключенный на пять лет,
этот договор был привязан к конкретному адресу: Самарская,
90.
Для получения медицинской лицензии Ильиным требовалось
сделать небольшую перепланировку внутренних помещений.
На этом этапе они и узнали, что дом аварийный. Новость рушила
весь стройный план. А главное — как такое возможно? Ведь ни до
оформления договора купли-продажи, ни во время проверки юридической
чистоты объекта этот факт не всплывал.
В выписке из ЕГРП
информации об аварийности тоже нет. На нее не указывает ни одна
бумага из увесистого пакета документов, которые сдавались в МФЦ. Не
говоря уже о состоянии самого помещения. Новые вводные о нем
Ильиным сообщили соседи сверху. Второй этаж здания — жилой. С
жильцами расположенной там квартиры перепланировку требовалось
согласовать.
Люди, которые в то время жили на Самарской, 90, о возможном сносе, наверное, знали. Но не факт, что ставились в известность все последующие собственники. А помещение на первом этаже благополучно перепродавалось не единожды. В том числе, под один из пунктов выдачи Wildberries.
Последнюю сделку с
участием Ильиных зарегистрировал, как и положено, Росреестр.
Вопрос: если дом на самом деле так плох, как этого не заметили
новые владельцы? Ведь они детально осматривали здание сами и
приглашали серьезных экспертов. Ильины вместе с адвокатом начали
разбираться. Выяснилось, что прежний собственник в 2019 году провел
на первом этаже согласованную с районной администрацией
перепланировку-реконструкцию, которая включала и противоаварийные
работы. Заключение специалиста по инженерно-техническому
обследованию конструкций с детальными фотографиями занимает
несколько страниц (копия
документа есть в редакции. — О. П.).
А вывод, если кратко, такой: проведенные работы соответствуют
требованиям, предъявляемым к жилым домам.
«Глядя на те документы, — продолжает Ольга Леонова, — мы понимаем, что в 2019 году они (бывшие хозяева) провели очень серьезную работу по реконструкции своего помещения и в целом всего здания. Там настолько мощно все сделано! Этого сейчас не видно, потому что все зашито панелями и гипсокартоном. Но внутри серьезная система — усилены все перекрытия, установлены массивные металлические конструкции. Минимальный размер швеллера — 18. Кто в этом разбирается, поймет».
Осталось уяснить два момента: зачем понадобилось проводить столь серьезные работы, если дом действительно определили под снос? И как в аварийном здании могли согласовать перепланировку в принципе? Что-то здесь не сходится. И второй этаж ясности не добавляет. После того как дом определили под расселение, его жильцам предоставили две квартиры — информация об этом есть на сайте областного минстроя. Позволю себе предположить, что благодаря этим квартирам, в том числе, дом при желании и расселят, и снесут. А уж как можно использовать освободившуюся землю в историческом центре! Поэтому признать здание аварийным для кого-то весьма выгодно.
Только Ильины в число выгодоприобретателей не попадают. Зато теряют серьезные деньги и рискуют не выполнить обязательства.
В этих условиях обращение в суд было неизбежным. А вот позиция последнего вызывает недоумение.
«Мы пригласили специалиста, который готовил заключение по нашему дому. Он очень убедительно выступил в судебном заседании, — говорит адвокат Леонова. — Предоставили все документы по проведенной в доме реконструкции. Судью это, похоже, не впечатлило. Она вызвала эксперта, который проводил судебную экспертизу. Я ее читала: в тексте везде пишется «состояние удовлетворительное, состояние хорошее». И неожиданный вывод: дом аварийный. Я не могла поверить своим глазам. А на суде единственное, что эксперт мог сказать — дому больше ста лет, чего вы хотите? Это меня просто убило! Мы ведь были абсолютно уверены, что назначенная судом экспертиза окажется профессиональной и беспристрастной.
Естественно, мы попросили о проведении повторной. Уже два заседания прошло, решение не принято».
Вдруг и эта экспертиза аварийность здания не подтвердит? А в своем нынешнем состоянии оно, даже будучи ценным градоформирующим объектом (ЦГФО), никак не защищено.
«Людей выселят, а дом просто-напросто подожгут, чтобы потом снести. В этом я больше чем уверена, — говорит Нина Казачкова, глава регионального отделения ВООПиК. — То есть просто тупо освобождают площадку. Пять кварталов, которые находятся напротив, планируют к застройке. И, конечно, хотят по максимуму убрать оттуда ЦГФО. Дом на Самарской небольшой двухэтажный, там только двое хозяев наверху и ребята, которые купили помещение на первом.
Я письмо в суд написала, что это ЦГФО, что в городе проблема с тем, чтобы бизнес брал такие дома. А тут и объект можно сохранить, и дать бизнесу развиваться. Ребята говорят: мы добросовестные собственники, мы заинтересованы сохранять здание. Суд отвечает: нет, дом у вас аварийный, будем сносить! Представляете? Вот он — малый бизнес, который надо развивать. А их по судам заставляют ходить».
Что же до статуса ЦГФО — то как раз он и может сыграть с домом злую шутку. Перечень ценных объектов, которые формируют городское пространство, в Самаре давно сформирован. Но его никак не могут утвердить. И пока этот процесс затягивается, любой дом из ЦГФО, если он признан аварийным, можно снести безо всяких последствий.
|
|
</> |
Как работает беспроцентный период по кредитным картам и как избежать переплаты 
Загадки первой европейской цивилизации 
Поразительное фото 
Утреннее 
Опасности нынешней зимы 
«Продавание батьки» 