Середина недели

olga_srb — 22.09.2022 Поскольку во вторник мы с коллегами хохотали по поводу и без, согласно популярному народному убеждению, на следующий день мы должны были столько же грустить и, возможно, даже плакать.

К грусти располагала и общая атмосфера напряженного ожидания, которое накалялось поздним вечером накануне, а потом было внезапно перенесено на утро.

Я тоже подключилась к всеобщему тревожному ожиданию, но вовремя вспомнила, что мне завтра на работу и отправилась спать.

Засыпая, я вспомнила, с каким нетерпением ждала наступления этой недели, и как мечтала о каждом запланированном на нее событии.

Вот оно – очередное доказательство того, что не стоит поторапливать время. Вместо этого надо ценить всё хорошее, чем мы располагаем сейчас, и помнить: в любой момент времени, включая тот, который кажется невыносимым, у нас есть что-то хорошее, чего мы можем лишиться.

С этими нехитрыми мыслями я и отошла к спокойному сну.


Утром, вопреки народным суевериям, все было хорошо, пока коллеги не открыли новостную ленту и не принялись щедро снабжать меня актуальной информацией.

А дальше от новостей уже было трудно оторваться…

Пожалуй, народное наблюдение про неизбежность смены смеха грустью сбылось в моей жизни впервые. Никогда в него не верила (и теперь не верю), но вчера у меня не получалось смеяться.

Уровень тревоги взлетел до критической отметки, то есть до такой точки, на которой я просто не могу полноценно работать.

Конечно, я способна выполнять действия, не требующие проникновения в детали, но их в моей работе очень мало. Вникнуть же в суть вопроса или вдумчиво прочитать историю болезни – вот это уже никак…

Но и без этого - тоже никак!

Пациентам нет дела до переживаний, которые не касаются их здоровья; и сотрудники, потрясенные хоть и анонсированным, но от этого не менее неожиданным известием, тоже нуждаются в поддержке.

Один за одним ко мне приходили встревоженные и растерянные люди, которых хотелось обнадежить и утешить.

Как мы проработали вчерашний день, я помню смутно, но все дела были выполнены. И я восхищена своими коллегами, которые смогли собраться и продолжить непрерывное оказание помощи тем, кто в нас нуждается.

Удивительно, но даже в такой ситуации, когда, как кажется, все озадачены одним вопросом, совершение личных драм не прекращается.

У одной коллеги внезапно умерла сестра, и ей было совсем не до новостей, а та информация, которая до нее долетала, по ее признанию, казалась ей сущей ерундой в сравнении со случившейся необратимой потерей.

К концу рабочего дня, испытывая совершенно не характерную для себя невыносимую усталость, я поняла еще более бесхитростную вещь, чем необходимость ценить имеющееся: важность продолжения повседневной жизни.

Я скомандовала «стоп» тревогам и «старт» - запланированным делам.

И я рассказываю вам об этом, потому что уверена: сейчас многие испытывают нечто подобное.

В таких ситуациях невозможно и не нужно стремиться сохранить приподнятое настроение.

Не стоит упрекать себя в том, что вы охвачены гневом, страхом или растерянностью. Надо разрешить себе испытать отрицательные эмоции, но в тот интервал времени, который вы считаете для себя приемлемым.

Я ограничила его рабочим днем, не позволив дурному настроению переползти в вечер.

Если у нас не получается полностью контролировать эмоции и мысли, мы должны попытаться восстановить полный контроль над действиями и словами (собственно, слова – это разновидность действий).

Этим я и занялась сразу после работы: не стала отменять то, что было заранее запланировано, и более того – сделала все, чтобы эти события принесли мне те эмоции, которых я от них ожидала.

Первым приятным пунктом дня стало посещение парикмахерской.

И даже то, что мне пришлось пять минут ожидать стрижки в фойе, было полезным моментом, способствовавшим переключению мыслей.



Легкая болтовня Эли, которая без умолку трещала на разные темы, отвлекло меня от дневных мыслей. Я всегда вникаю в слова собеседника, поэтому отвлечь меня разговором проще простого.



Эля подробно рассказала мне о некоторых секретах парикмахерского искусства (именно искусства, а не ремесла), о том, как ей, левше, было трудно найти себя в этой профессии. Теперь я знаю о мэтре парикмахерского дела господине Харьковском, который проводил умопомрачительные, по определению Эли, мастер-классы (она детально описала его методику подготовки кадров), но отказался учить Элю из-за ее левшества.

Если бы не ее финальная фраза «ну, в свете последних событий в мире неизвестно, что дальше будет», прозвучавшая столь же неожиданно, как и веселый предшествующий рассказ, я бы вышла из парикмахерской абсолютно счастливой.

Несколько дней я ждала, когда мне привезут мою мечту. На ее покупку меня вдохновила грампластинка, приобретенная для мемориального кабинета.

Когда курьер ее (мечту) доставил, я сочла предательским равнодушное или пренебрежительное отношение к ней.

Мечта же не виновата, что ее знакомство с хозяйкой случайно совпало с таким странным днем. Какое право я имею на уныние? Никакого.

И весь вечер я слушала пластинки, которые были куплены к мечте.



Особенно мне понравилась вторая сторона винилового диска.



Простите, если пост получился сумбурным.

Думаю, что сейчас у каждого из нас есть право на некоторый душевный хаос.

Вчера одна коллега в коротком разговоре со мной в сердцах воскликнула: «Господи, как же хорошо мы жили вчера!».

Я ответила ей то, что могу повторить и сегодня: «Давай помнить о том, как нам хорошо сейчас. Не исключено, что завтра мы скажем об этом дне как о счастливом вчера»…

Оставить комментарий

Популярные посты: