Об иерархии реальностей

soossoyeff — 29.03.2023

Давно обещал, и вот повод нашелся.

Древним нашим предкам было просто. Реальность была, по большому счету, одна, и никакой иерархии не было. Живи в простом и понятном мире, догоняй мамонтов, ни о чем метафизическом не беспокойся.

Со временем жизнь усложнялась. Рядом с большой «настоящей» реальностью стали появляться маленькие, ненастоящие. Ученые мужи начали задумываться над вопросами, как же быть с миром сна, миром горячечных бредней и прочей шизофренией, как отличать настоящую реальность от «поддельной». Но проблемой это все еще не было.

Хотя со временем число «маленьких карманных миров» росло. Начались разговоры об уходе в «мир грез». «мир литературных фантазий», «мир игр», «мир настоящей мужской дружбы», где действовали совсем другие правила, другие законы. И люди играли непривычные для себя роли. Но в общем и целом, че, кто знал, что такое «театр», понимали, где у нас реальность, а где – непонятно что.

Все существенно изменилось в обществе индустриальном. Там испортилась как раз «главная реальность» - мир производства, экономики и прочей государственной бюрократии. Он упростился. Унифицировался и перестал интересоваться человеком во всем многообразии его глубокого внутреннего мира. На заводе нужен не Александр Иванов, нужен закручивать гаек №4, и заводу его внутренние переживания по богу. В больнице он – пациент, в столовой – едок, в доме – жилец. И нигде – не полноценная творческая личность.

Мировые литература и подхвативший знамя борьбы кинематограф в XIX и XX веках создала по этом поводу множество замечательных шедевров о превращении живого и метущегося юноши в винтик бездушной машины и прочие «шинели» Гоголя, из которых вышел никому не нужный человек мировой литературы.

Впрочем, реальный человек нашел выход и из этой непростой ситуации. Им стал «жизненный мир» – своя персональная «базовая реальность», с друзьями, шашлыком, хобби и семьей, войной с соседями и общением с коллегами в нерабочее время. Настоящая «жизнь» ушла туда, в поход «в большую реальность» - на работу. В супермаркет или на прием к врачу – стал восприниматься как выход в космос, куда нужно надеть скафандр «одобряемой социальной роли», маску на лицо – и побыстрей вернуться в живой «жизненный мир».

То есть мир фактически перевернулся: если раньше «реальным» был «главный» мир, а в «частные мирки» люди устраивали «побег от реальности», то  середины XX  века (где-то раньше, где-то позже, а где-то и до сих пор не) реальным оказался как раз частным маленький мирок, а все глобальное и внешнее стало «чуждым и опасным» миром, куда ходить надо только по необходимости.

Самым зримым символом этого изменения стал портрет: если в XVIII веке «настоящий» человек на портрете — в парике и орденах, то есть при исполнении должности, то в XX – в тапочках и в домашнем кресле, именно тут он – настоящий.

Но мир на месте не стоит, он усложняется. Социальная реальность эпохи постиндустриального общества характеризуется сложностью, плотностью, запутанностью и избыточностью социального вообще и социальных связей в частности. Груб говоря. миров вокруг нас стало много, очень много.  И, что еще хуже, многие из них стали очень сложными, навороченными, требующими «глубокого погружения». На работу теперь надо не просто прийти и гайку закрутить, но и поучаствовать в жизни бирюзового коллектива. Разделить его корпоративные ценности. В кафе мы приходим не просто жрать, о получать комплекс удовольствий, требующие глубокой вовлеченности и сотворчества. Про эти ваши ролевые игры я вообще молчу. Да что там, компьютерные игры требуют от вас создания отдельной личности, и некоторые так увлекаются, что  у них теперь «жизненные мир» уже там, а сюда они выплывают заработать денег на интернет и поесть.

Вот в этой ситуации, когда миров много, все они разные и непонятно, кто теперь главный, неплохо бы заняться выстраиванием иерархии, ну или хотя бы обнаружением принципов, на которых ее можно строить. По сути, их два: суггестивность и интерсубъективность.

Суггестивность – это то, несколько мир влияет на вас лично, насколько заставляет переживать. Резкая боль в зубе быстро и надежно дает понять, какая реальность у вас – жизненный мир, а какая — выдумки на основе китайских  порномультфильмов. Но, в то же время, очень высоким уровнем суггестивной обладают, например, сон или какой-нибудь приход от психоактивных веществ. Так что одного этого параметра для иерархии мало.

Поэтому нам нужна еще и интерсубъективность — показатель, что характерно, показывающий, с каким количеством индивидов нашего биологического вида вы эту реальность разделяете и можете, при случае обсудить не вызывая характерного прокручивания у виска или вызова санитаров. Поэтому мир внешней политики, цен в магазинах или общешкольного учебника Природоведения очень реальны. Но, в то же время, миры Гарри Поттера, Вархаммера 40 000 или Римской католической церкви так же очень интерсубъективны, поэтому и нужна суггестивность.

Ну а теперь о составлении иерархии. Возьмите листок бумаги, постройте на нем график с двумя осями. На одной отложите суггестивность в порядке от удивленного поднятия бровей до удара кувалдой по колену. На другом – интесубъективность от себя, любимого, до 8 миллиардов. Выставьте точки. Заштрихуйте получившиеся квадраты. У кого площадь больше – тот и реальней.

Какой из этого практический вывод? Об этом в следующей серии – «стратегии обретения идентичности в ситуации постсовременности».

Оставить комментарий

Популярные посты:

clemens

Полноповоротный экскаватор: преимущества, характеристики и возможности в 2026 году

• Архив