Музыка "Двенадцати стульев" -- 3

maiorova — 02.05.2018 Я, кстати, обратила внимание, что Остап Бендер очень много поёт. И всегда это какие-то лёгкие опереточные номера или популярные мелодии эпохи. Почему-то особенно он любит "Баядеру" Кальмана. Вот, например, на углу улицы Ленских событий и Ерофеевского переулка, когда техническому директору и главному руководителю концессии чистят замшевый верх ботинок канареечным кремом.

Директор беззаботно мурлыкал "Шимми":

Раньше это делали верблюды,
Раньше так плясали ба-та-ку-ды,
А теперь уже танцует шимми це-лый мир...

Это дуэт Мариэтты и Филиппа, правда, не в том переводе, в котором мы привыкли. Только ленивый не заинтересуется, как именно делали верблюды. Согласно неизвестному автору подтекстовки -- вот так:



А плясали ли так батакуды -- спорный вопрос. Батакуды или, точнее, ботокуды, от слова ботоке -- деревянный диск (его для красоты продевали в нижнюю губу или мочку уха) -- это наименование, которое белые колонизаторы дали бразильским аборигенам, славившимся в том числе своей непростой музыкальной культурой.



"Танец ботокудов" бразильского композитора ХХ века Франсиско Миньоне.

Вставной эпизод первомайской демонстрации, как и свойственно демонстрации, сопровождается музыкой и неразберихой.

Колонна музработников, в мягких отложных воротничках, каким-то образом втиснулась в середину шествия железнодорожников, путаясь под ногами и всем мешая.
Грузовик, на который был надет зеленый фанерный паровоз серии "Щ", все время наскакивал на музработников сзади. При этом на тружеников гобоя и флейты из самого паровозного брюха неслись крики:
-- Где ваш распорядитель? Вам разве по Красноармейской?! Не видите, влезли и создали пробку!
Тут, на горе музработников, в дело вмешался Виктор Михайлович.
-- Конечно же, вам сюда, в тупик, надо сворачивать! Праздника даже не могут организовать! -- надрывался Полесов.-- Сюда! Сюда! Удивительное безобразие!
Грузовики Старкомхоза и Мельстроя развозили детей. Самые маленькие стояли у бортов грузовика, а ростом побольше -- в середине. Несовершеннолетнее воинство потряхивало бумажными флажками и веселилось до упаду.
Стучали пионерские барабаны.
Девушки пели. В толпе служащих собеса шел Альхен с большим красным бантом на груди и задумчиво гнусил:

Но от тайги до британских морей
Красная Армия всех сильней!..

Слова П. Григорьева, музыка С. Покрасса. Прослушайте образец исполнения:



А теперь попробуйте то же самое задумчиво прогнусить. Не правда ли, получается карикатура? Но дилогия Ильфа и Петрова -- это не только сатира...

...плеск отплывающих пароходов.

Гаснут дальней Альпухары
Золотистые края.

Сердце шаталось, как маятник. В ушах тикало.

На призывный звон гитары
Выйди, милая моя.

Тревога носилась по коридору. Ничто не могло растопить холод несгораемого шкафа.

От Севильи до Гренады
В тихом сумраке ночей...

В пеналах стонали граммофоны. Раздавался пчелиный гул примусов.

Раздаются серенады,
Раздаётся звон мечей...

Здесь задаётся как бы побочная тема "Двенадцати стульев": приподнято-лирическая, возвышенная, романсовая, любовная, противостоящая мещанской мизерности, постылому быту, "матрацу"... "Серенаде Дон-Жуана" Даргомыжского на стихи А.К. Толстого в отечественной литературе повезло. Кто вспомнит, где ещё она цитировалась?




А теперь переходим к сцене кобеляжа Ипполита Матвеевича:

-- Где же мы будем гулять? -- спросила Лиза. Ипполит Матвеевич поглядел на ее белое светящееся лицо и, вместо того чтобы прямо сказать: "Я здесь, Инезилья, стою под окном", начал длинно и нудно говорить о том, что давно не был в Москве и что Париж не в пример лучше Белокаменной, которая, как ни крути, остается бессистемно распланированной большой деревней.

Моё любимое исполнение этого популярного в своё время псевдоиспанского романса Глинки на стихи Пушкина. Да-да, вы угадали: поёт Светлана Крючкова, фильм "Большая перемена":



О, если бы злосчастный предводитель команчей мог спеть с таким чувством! Но увы, он продолжил длинно и нудно:

Помню я Москву, Елизавета Петровна, не такой. Сейчас во всём скаредность чувствуется. А мы, в cвое время, денег не жалели. "В жизни живем мы только раз", есть такая песенка.

К сожалению, не удалось отыскать в сети вариантов исполнения сей композиции. Вышла, видно, из моды. Однако среди её поклонников были и весьма известные поэты. А.Б. Кусиков вспоминает о Сергее Есенине:

Брат мой, всегда беспечный и ко всем случаям жизни безразличный, на тревожные вопросы Есенина вместо ответа напевал «ростовские песенки». Одна из них очень нравилась Есенину. И не раз его подавленность расползалась в сияющую улыбку, когда брат ему утешительно баритонил:

Ах, в жизни живем мы только раз,
Когда монета есть у нас,
Думать не годится, завтра что случится,
В жизни живём мы только раз, аз, аз.

"Только раз ведь живём мы, только раз!" -- патетически восклицает Творогов в поэме "Пугачёв", предрекая восстанию поражение. А Киса всё-таки непроходимый пошляк, всё свёл к наличию монеты. Вот тебе и Инезилья. Финал свидания предрешён:

Лиза с силой высвободилась и, не примериваясь, ударила покорителя женщин кулачком в нос. Сейчас же свалилось пенсне с золотой дужкой и, попав под квадратный носок баронских сапог, с хрустом раскрошилось.

Ночной зефир
Струит эфир...

Лиза, захлебываясь слезами, побежала по Серебряному переулку к себе домой.

Шумит,
Бежит Гвадалквивир.

Глинка и Пушкин одержали убедительную победу над "ростовскими песенками" и монетой. Романс исполняет -- а кого я, козлистка известная, могу ещё предложить? Разумеется, Козловский!

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив