Из жизни авианосцев: «Лексингтоны»

В 1920 г. флоту США зажали денег на нормальный авианосец — пришлось до­воль­ствоваться перестроенным угольщиком «Лэнгли». Но моряки не унывали и надея­лись вскоре всё же раскрутить родной Конгресс. А пока просто мечтали о большом и светлом! В виде скромных авианесущих монстриков размером с линкор. Но и с этими планами вышел облом. В июле 1921 г. начальник отдела эскизного проек­ти­рования министерства ВМС огорошил своих подчинённых сверхсекретной но­во­с­тью: руководство страны собирается в конце года созвать международную кон­фе­рен­цию и продавить мораторий на постройку новых линкоров. А уже заложен­ные корабли — пустить на слом! Но есть и хорошие новости...  

По паре недостроенных можно будет оставить, сделав из них авианосцы. И под это точно дадут денег! Так что забили на все предыдущие проекты и дружно начинаем думать, как перестроить стоящие на стапелях линейные крейсеры типа «Лек­син­г­тон». Да, и ещё — водоизмещение этих «переделанных» авианосцев ограничат до 33 000 т. Вопросы есть?

Вашингтонская конференция началась 21 ноября 1921 г. К тому времени американские конструкторы уже четыре месяца аки пчёлки трудились над проектом. Но вскоре они забили тревогу — никак не выходило впихнуть все хотелки в эти 33 000 т. Пришлось обращаться за помощью к дипломатам в погонах. «ОК, что-нибудь придумаем!» — и вскоре предельное водоиз­ме­щение «конверсионных авианосцев» ненавязчиво увеличили до 36 000 т. Впрочем, остальные участники конференции не особо и упирались. Вашингтонский договор был подписан шестого февраля 1922 г, а уже 22 апреля министерство ВМС США утвер­ди­ло проект перестройки «Лексингтонов» в авианосцы.

Опередившие время

Оба корабля — «Лексингтон» и «Саратога» — вступили в строй в конце 1927 г. В отличие от своих британских, японских или французских коллег, американцы не стали экспериментировать ни с «многопалубностью», ни с хитрыми самолёто­подъ­ём­никами, а удивительным образом с первой же попытки угадали облик «классического авианосца». Они не пошли по самому очевидному и дешёвому пути — не стали делать ангары и полётную палубу в виде надстроек. Всё это интегрировали в корпуса кораблей. В результате получили значительно улучшавший мореходность закрытый нос. Тот самый характерный Т-образный, что мы видим на всех современных авианосцах.

Из-за «крейсерских» обводов корпуса ангары получились гораздо меньше, чем планировали на авианосцах специальной постройки. И тогда американцы придумали использовать не только их площадь, но и объём. Резервные самолёты просто под­ве­шивались к подволоку ангара. Это позволило нарастить авиагруппу аж до 109 самолётов.

Поначалу американцы как и все вооружили эти корабли «главным калибром» — по восемь 203-мм орудий в двухорудий­ных башнях. Однако с на­ча­лом Второй мировой на Тихом океан их, в отличие от остальных, оперативно демонтировали в по­ль­зу усиления ПВО. На «Саратоге» вместо них поставили восемь 127-мм универсалок, а «Лексингтон» отправился в свой пос­ледний поход усиленным по временной схеме — ему вместо «глав­ного калибра» воткнули восемь дополнительных счетве­рён­ных 28-мм зенитных автоматов.

Плавучая электростанция

Ещё одной особенностью «Лексингтонов» стала их турбоэлектрическая двигательная установка. Американская промыш­ленность тогда «не шмогла» в зубчатые редукторы — проще говоря, коробки передач — мощностью в 45 000 лс. Пришлось вы­резать гланды альтернативным способом: паровые турбины вращали генераторы, те питали электродвигатели, крутившие уже гребные винты. Всё бы хорошо — модно, стильно и молодёжно — но весила такая установка на 500 т больше, чем стандар­т­ная турбозубчатая схема. Плюс риск коротких замыканий — а у нас солёная вода за бортом, вообще-то. Но несмотря на оче­вид­ные недостатки, именно особенности двигательной установки впервые прославили данные авианосцы.

Зимой 1929 г. обмелело водохранилище гидроэлектростанции, снабжавшей электричеством город Такома. Тогда пра­ви­тельство вспомнило, что у них есть пара плавучих генераторов по 150 мегаватт каждый. К набережной подогнали «Лексинг­тон», кинули с него кабели… И корабль месяц снабжал 100-тысячный город энергией.

Крепкие орешки

Было и другое качество, отличавшее эти авианосцы, — их завидная живучесть. В своём последнем бою «Лексингтон» схло­потал две авиаторпеды и пару 250-кг авиабомб. Но корабль оставался на плаву, не потерял ход, и даже пожары уже были поту­шены, когда из-за глупой ошибки произошёл объёмный взрыв паров бензина в ангаре.

История боевых повреждений «Саратоги» была ещё удивительней. Авианосец благополучно пережил попадания двух мощных подлодочных торпед, кучи авиабомб и трёх камикадзе. И для того, чтобы убить заслуженный корабль, потребовалась атомная бомба. Точней, две атомных бомбы! Потому как после первого воздушного подрыва над лагуной атолла Бикини авиа­носец отделался загоревшимся тиковым настилом палубы и пожаром в ангаре. Чтобы окончательно добить «сестрёнку Сару» потребовались ещё 23 килотонны тротилового эквивалента, взорванные в 400 м от неё уже в воде.

Огромный 40 000-тонный авианосец приподняло из воды и так приложило при падении, что его дымовая труба прова­ли­лась под палубу, и корабль вскоре ушёл на дно лагуны. Где и пребывает до сих пор, радуя дайверов.

Компоновка «Лексингтонов» оказалась слишком передовой для своего времени. Вторую мировую американцы прово­е­ва­ли на более простых и дешёвых в постройке кораблях и вернулись к интегрированным в корпус ангарной и полётной палубам лишь на «Форрестоле» аж в 1955 г. И теперь, глядя на самые современные авианосцы, мы без труда находим характерные че­р­ты, впервые оп­ро­бо­ванные на «Лексингтонах» почти век назад.