Почерк Мастера

vladimir101 — 14.04.2012

Во вчерашней записи я пригласил всех на кухню писателей. Точнее, чуть-чуть приоткрыл дверь.

Вообще-то, это неправильно. В ресторанах не надо ходить на кухню. У поваров свои секреты, и для сохранения аппетита нужно ожидать горячее за столом, потягивая вино из высоких бокалов и беседуя со спутницей о всяких милых глупостях.

Вся беда, что я человек любопытный и пишу о том, что меня интересует. Сейчас меня интересует, почему некоторые куски текстов у уважаемых классиков, даже у тех, кто написал «Муму», бывают скучные или просто нечитаемые. Пожалуйста, потерпите немножко и сегодня!

Вчера я сказал, что у Тургенева в описаниях природы многое предсказуемого, обыденного. Это было в отрывке, которым я нагнал сонливость у читателей. Маргарита в комментариях поместила другие отрывки. Там для меня слишком много красивостей. Тривиальных красивостей.

Это мое мнение, не бросайте в меня гнилые помидоры. На вопрос «а попробуй сам так написать» отвечаю: и пробовать не буду!
Во-первых, я не писатель.
Во-вторых, мне это не нравится.

Я хотел показать пример краткости и гениальности, взятый у Чехова. Открыл его «Степь» и пришел в ужас. Вы не поверите, и у Чехова тоже есть нечитаемые (для меня) места.

Между тем перед глазами ехавших расстилалась уже широкая, бесконечная равнина, перехваченная цепью холмов. Теснясь и выглядывая друг из-за друга, эти холмы сливаются в возвышенность, которая тянется вправо от дороги до самого горизонта и исчезает в лиловой дали; едешь-едешь и никак не разберешь, где она начинается и где кончается... Солнце уже выглянуло сзади из-за города и тихо, без хлопот принялось за свою работу. Сначала, далеко впереди, где небо сходится с землею, около курганчиков и ветряной мельницы, которая издали похожа на маленького человечка, размахивающего руками, поползла по земле широкая ярко-желтая полоса; через минуту такая же полоса засветилась несколько ближе, поползла вправо и охватила холмы; что-то теплое коснулось Егорушкиной спины, полоса света, подкравшись сзади, шмыгнула через бричку и лошадей, понеслась навстречу другим полосам, и вдруг вся широкая степь сбросила с себя утреннюю полутень, улыбнулась и засверкала росой.

Наше время - это время быстрого чтения электронных книг в метро, в аэропортах, в маршрутках, в обеденный перерыв на подоконнике, перед сном, пока жена моется в душе, на пляже, попивая коктейль...
Кто и когда будет внимательно читать описания неторопливых поездок?

А как писать, чтобы читали?

Хотите секрет? Вот пример:

Ночь начала закрывать черным платком леса и луга, ночь зажигала печальные огонечки где-то далеко внизу, теперь уже неинтересные и ненужные ни Маргарите, ни мастеру, чужие огоньки. Ночь обгоняла кавалькаду, сеялась на нее сверху и выбрасывала то там, то тут в загрустившем небе белые пятнышки звезд.

Почему это легче читается?
Во-первых, это короче.
Во-вторых, описание полета переплетено с переживаниями героев.
Я писал недавно, как учил Николай Погодин Бориса Васильева: «всех интересует, в основном, отношения мужчины и женщины». А в этом отрывке не только описание полета и ночи, но и новые чувства у Мастера и Маргариты.

А вот еще:
Боги, боги мои! Как грустна вечерняя земля! Как таинственны туманы над болотами. Кто блуждал в этих туманах, кто много страдал перед смертью, кто летел над этой землей, неся на себе непосильный груз, тот это знает. Это знает уставший. И он без сожаления покидает туманы земли, ее болотца и реки, он отдается с легким сердцем в руки смерти, зная, что только она одна успокоит его.

Это немножко про Мастера и совсем немножко про Маргариту. И много об авторе романа. Это надо пережить, только тогда рождаются такие строки. Опять тут переплетены описания природы и чувства.

Я не привожу рецепты. Это бесполезно. Все должно родиться на кухне писателя, куда не стоит никому заглядывать. Хотя бы потому, что там очень много труда. И все для того, чтобы принести к вашему столу красивую тарелку с кусочком рыбы в небольшой лужице соуса.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив