ночной эфир

quod_sciam — 18.03.2010 Когда не спится в четвёртом часу утра, я думаю о своих претензиях к Аристотелю.

Дело не в энтелехии, не в силлогизмах, даже не в восьми анекдотических мушиных ногах, дело в том, что он зачем-то назвал трагедию высшим жанром. И понеслось: от счастья к несчастью, сострадание и страх, катарсис, страданиями душа совершенствуется на первый-второй ряд рассчи-тайсь!.. Многие поколения студентов талдычат, начитавшись учебника, что "Король Лир" более великая пьеса, чем "Как вам это понравится" или, скажем, "Зимняя сказка", а потому что трагедия, именно в трагедии ставятся главные вопросы... ну, в комедии они не менее главные, они вообще другими не могут быть, а в смешанном жанре ещё и ответы бывают, но куда там, magister dixit.

Ладно бы Шекспир.
Где-то в самом строе мышления, особенно отечественного, сидит патологическое уважение к трагедии и ещё более патологическое влечение к ней. В тринадцать лет, понятно, надобно думать о смерти, о том, как жестока и несправедлива жизнь, как никто не понимает, нормальное взросление, без этого никак. Только отчего люди, давно преодолевшие пубертат, по-прежнему полагают, что в чёрном благороднее, а страдание есть признак тонкости натуры? Распялить рот квадратом на манер греческой маски, изломить брови, завыть — и вот ты уже не абы кто, у тебя в душе свой жанр есть.

Нет, здесь не будет призыва мужественно претерпевать, исполняя спартанского мальчика с лисёнком, я вообще ненавижу эту историю. Если тебе рвут когтями живот, вынь уже из-за пазухи злобную зверушку и промой царапины, а то достоишься до болевого шока и нагноения. Упиваться же степенью ободранности живота, осмыслять фактуру и оттенки, звать окружающих полюбоваться... да ёлки.

Ябеда и нытик, я как никто знаю соблазн траурной декламации.
Каждый раз, когда глаза закатываются под лоб, а под ступнёй сами собою вырастают котурны, можно позволить себе высокий жанр, а можно сказать, желательно вслух, глядя в зеркало: у кого-то сейчас умерли, кто-то смертельно болен сам и знает об этом, кто-то просто вкалывает, как крестьянская лошадь, чтобы прокормить детей — встряхнись, ленивая тварь, выплюнь свой вельтшмерц, выбрось лисёнка, иди, помой полы.

А если после этого снова захочется, горько улыбаясь, запеть дифирамб, то ванну, унитаз и кухонную мойку.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив