Какими будут секс, любовь и брак в 2020-е
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Новая этика отношений: от культуры флирта до анатомии неверности
Социальный прогресс обычно отстает от технического: Анна Каренина не могла развестись с мужем, когда по Лондону ходило метро. В последние годы ситуация стала выравниваться: уже несколько лет в центре общественной дискуссии — новая чувствительность, которая ревизует традиционные романтические отношения между людьми. Выбрали книги, аудиокниги и подкасты, пытающиеся осмыслить сдвиг парадигмы и описать мир, в котором мы будем жить.
Но прежде — специальное предложение для всех, кто хочет поздравить любимого человека 14 февраля. Подарите подписку на книги, аудиокниги и комиксы на Букмейте — и получите ее для себя бесплатно.
«Кошатник» Кристен Рупеньян — одно из самых обсуждаемых литературных произведений 2010-х: рассказ о плохом свидании, которое закончилось плохим сексом, вышел в The New Yorker в декабре 2017-го и во многом суммировал гремевшую в том году дискуссию о власти, желании и отношениях между полами. Сборник «Ты знаешь, что хочешь этого» закрепил статус Рупеньян-новеллистки и продемонстрировал ее жанровый диапазон: наряду с мощными реалистичными рассказами об отношениях вы найдете здесь и вполне сюрреалистические сюжеты.
«Я отзываюсь на красоту и в женщинах, и в мужчинах: сперва меня к ней тянет, а потом я отшатываюсь».
В конце 2019 года журналист Григорий Туманов запустил подкаст о мужчинах в современном мире, их страхах, сомнениях и изменившемся — с учетом #MeToo и новой этики — кодексе поведения. В этом выпуске ведущий обсуждает с Залиной «Женская власть» Маршенкуловой феминизм, противоречия между полами, которые он высвечивает, и способы их преодоления. Кстати, у проекта есть ежедневно обновляющийся телеграм-канал — по сути, полноценное мужское медиа, предвосхищающее и углубляющее темы подкаста.
Не то селф-хелп, не то огромный стендап: комедиантка Блайт Роберсон рассуждает, что происходит с культурой флирта и романтикой в XXI веке. Название — осознанная провокация: ненависть ненавистью, но мужчины — как правило, не слишком сообразительные, искусные и деликатные — основная тема этой книги. Временами, однако, объектом иронии Роберсон становятся и женщины: в последней главе автор много говорит о Тейлор Свифт — «общепризнанно привлекательной белой женщине, обладающей некоторыми привилегиями… и потратившей добрую часть своей карьеры на то, что изображала жертву».
«Если вам приходится искать в общении намеки на влюбленность, человек определенно в вас не влюблен».
Потихоньку-полегоньку до русскоязычного читателя добирается Энн Пэтчетт — представительница блестящего литературного поколения, которое вышло на сцену после Джойс Кэрол Оутс и Энн Тайлер. «Это история счастливого брака» — мемуары особого толка: рассказ о распавшейся семье здесь переплетается с рассуждениями о литературе, отношения с любимой собакой — с хлопотами владелицы книжного магазина. Все эти истории показывают, как выглядят труды и дни современной эмансипированной женщины с художественными амбициями и чем они отличаются (или не отличаются) от социокультурных стереотипов.
«Благодаря нынешней эпохе разводов моя жизнь не кончена. Постепенно я начинаю видеть в этом благо, а не что-то, чего стоит стыдиться. Мне начинает казаться, что моя жизнь не так уж плоха. Я не верю, что до того, как развод стал социально приемлемым, счастливых браков было больше, что люди больше старались, переживая свои тяжелые времена, что люди были лучше».
Вышедший в 2018-м, но едва ли утративший актуальность эпизод главного подкаста о современных горожанах и их проблемах. Ведущие Настя Курганская и Даша Черкудинова делятся своим опытом знакомств в Сети — удачным и тревожным — и обсуждают феномен Tinder со своими друзьями.
Сериал Лины Данэм «Девочки» сравнивали с «Сексом в большом городе», а ее прозу — с книгами Вуди Аллена. И то и другое не совсем точно — или совсем неточно: главная героиня этих коротких автобиографических историй — 25-летняя девушка, которая не лечит душевные раны шопингом и не вязнет в самоедстве при каждом удобном случае. Скорее, она просто старается найти свое место в этом не слишком дружелюбном мире — причем не на галерке, а в первом ряду; быть не безропотной жертвой, а уверенной в себе победительницей — и неважно, идет ли речь о творчестве или об отношениях.
«Если кто-то показывает, как ты мало значишь, и ты не бросаешь его, то начинаешь незаметно для себя падать в собственных глазах».
Мужчина как социальный конструкт: историк Кэрол Дайхаус — о том, откуда взялся культ рыцаря на белом коне, почему пираты и вампиры кажутся такими привлекательными и при чем здесь патриархат.
«Рост экономической независимости женщин привел к тому, что мужчины перестали восприниматься как талончики на еду».
Анатомия неверности: психотерапевт Эстер Перель разбирается, почему людей тянет изменять своим партнерам, исследует «эмоциональную экономику адюльтера» и размышляет, насколько устойчив моногамный брак в принципе.
«Выбирая партнера, мы останавливаемся на одном варианте истории. И все же нас не перестает терзать любопытство: какими могли бы быть другие варианты? Измена позволяет нам открыть окно в эту другую реальность и посмотреть, кто там живет».
Манифест капиталистического отношения к построению любых долгосрочных союзов: авторы советуют не терять голову и применять бизнес-логику, выбирая себе подходящую партию. С одной стороны, этот подход выглядит свежо и трезво — как антидот против слащавых ромкомов. С другой — отсылает нас к литературе XIX века: брак по расчету — излюбленный сюжет Бальзака, Достоевского и других романистов из университетской программы.
«По сути, вкладываться в любые отношения стоит лишь тогда, когда веришь в то, что они изменят к лучшему жизнь обоих партнеров, иначе благоразумнее оставаться одиноким».
![Какими будут секс, любовь и брак в 2020-е Какими будут секс, любовь и брак в 2020-е](/images/main/kakimi-budut-seks-lyubov-i-brak-v-2020-e-fed794.jpg?from=https://ic.pics.livejournal.com/bookmatejournal/85697309/188216/188216_800.png)
Наконец, самый радикальный сценарий описывает британская писательница и эссеистка Оливия Лэнг, рассматривающая судьбы и свершения великих одиночек — от Хоппера до Войнаровича — и пытающаяся как бы нормализовать их опыт, который часто называют травматичным; от которого отшатываются. Печальная прелесть ее прозы в том, что за культурологическими построениями стоит личная драма: переехав к любимому человеку в Нью-Йорк, Лэнг быстро оказалась одна; собственно, сочинительство и стало ее способом борьбы с депрессией, помогло ей освободиться.
«Одиночество ощущается столь постыдным опытом, как столь противоположное жизням, какие нам полагается вести, что делается все более неприемлемым, запрещенным состоянием, и, если признáешься в нем, окружающие неминуемо бросятся врассыпную».