![](/media/images/top/preview/img-fotki-yandex-ru-get-5823-886262-19-0_5b59c_d5139b73_L.jpg)
In fire, smoke and confusion
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Подобные цитаты обычно пропускаются мимо ушей. Ещё бы, есть ведь целые научные школы, которые строят мнения относительно военного дела исключительно по решающим битвам, то есть по самому редкому солдатскому занятию на войне. Самая крайняя точка — это Чарльз Оман, который не только делал выводы на основе битв, но и каждую битву рассматривал как символ какого-то тезиса: например, это сражение показало крутость аркебуз, а это продемонстрировало возможности артиллерии. При ближайшем рассмотрении обычно его тезис оказывается сильно подмоченным. Но кто мы такие, чтобы указывать профессионалам. Ведь их теории так стройны и понятны. Армия А построилась устаревшим квадратом, а армия Б — прогрессивным прямоугольником, поэтому армия Б и победила. Армия А придерживалась испано-католической военной системы (и термин я не придумал), а армия Б — например, московско-православной или казацко-старообрядческой или финско-языческо военной системы, поэтому армия Б победила. Всё ясно, спорить не о чем.
Так что просто без лишних слов почитаем впечатления гонца из Ирландии, который искал принца Руперта во время битвы при Марстон Муре (самая крупная битва английской гражданской войны, поражение 18 тысяч роялистов после упорного противостояния превосходящей их на 10 тысяч армии парламента и шотландцев, в примитивных книгах подаётся как демонстрация превосходства новой конницы Кромвеля над разгильдяйскими кавалерами):
«В огне, дыму и смятении этого дня я, богом клянусь, не знал, куда податься. Бегущих с поля солдат обеих сторон было так много, они были такими задыхающимися, такими онемевшими, такими испуганными, что я не мог принять их за людей, кроме как по движению их ног, которые всё ещё служили им; ...обе армии были перемешаны, и кавалерия, и пехота, ни один отряд не оставался на своём месте в общем строю.
В этом ужасном беспорядке я пересекал поле; я встретил толпу шотландцев, кричащих "Горе нам, мы все разбиты!" и преисполненных жалобами и скорбью, как будто настал их судный день, от которого они не знали как спастись; а дальше встретил я истрёпанный отряд, уменьшенный до четырёх солдат с корнетом; там и сям натыкался я на пехотного офицера без шляпы, опознавательной повязки, шпаги и всего остального кроме ног, он только и мог, что спрашивать, где дорога к ближайшим гарнизонам, которые ... были переполнены бежавшими солдатами с обеих сторон за несколько часов, хотя находились в 20 или 30 милях от места битвы».
А Ричард Аткинс, тоже бывший при Марстон Муре, писал:
«воздух был так чёрен от порохового дыма, что на протяжении четверти часа (осмелюсь сказать) не было видно никакого света, кроме огня от залпов пехоты и это была самая сильная буря, какую я только видал, в которой я не знал, куда идти и что делать».
Не случайно, что при Марстон Муре и других битвах командующие армий при необходимости снимали идентифицирующие сторону повязки-ленты-шарфы (привет футбольным болельщикам) и шастали туда-сюда прямо через вражескую армию. А сэр Томас Ферфакс во время одного сражения не только так перемещался, но в процессе ещё и был принят роялистскими солдатами за своего офицера и немного ими покомандовал.
После таких цитат становится понятно, почему описания битв, которые Малькольм Уанклин (имхо, лучший специалист по английской гражданской) делал без домыслов строго по сведению вместе первоисточников, настолько хаотичны, что порой совершенно неясно, как развивались события.
Одновременно должно быть понятно и то, почему я так не люблю серию игр Total War и прочие стратегии, в которых радостно обводишь рамочкой отряды, и всё разыгрывается как по нотам.
Ранее: про соотношение битв и кампаний
|
</> |