День отъезда

olga_srb — 13.09.2021 Самым грустным всегда становится день отъезда.

Завершение любого этапа жизни, пусть и очень непродолжительного, переживается как утрата, поскольку обычно нам не хочется отдавать прошлому что-то хорошее.


Даже когда человек отбывает домой из санатория, он переживает легкую тяжесть расставания с местом отдыха и временным образом жизни, к которому только-только приноровился.

День отъезда тем более не может быть веселым, когда уезжаешь от дорогого человека, от любимого моря и близкого по духу города. Невольно возникают сомнения и подкрадывается безрассудное желание остаться…

Единственный способ уменьшить свои страдания состоит в том, чтобы вспомнить то, что сделает отъезд осмысленным, и объяснит, почему сейчас уезжать - хорошо.

Если не получается вспомнить такие причины, их следует найти.

Смыслы – вот, что спасает настроение и облегчает разлуку.

Когда мы находим ответ на вопрос «зачем», нам легче принять обстоятельства, поскольку эти обстоятельства обретают смысл.

Когда мы думаем не только о том, что теряем, но и о том, к чему важному, ценному и приятному уезжаем, нам становится легко.

Смыслы есть всегда и во всем, и они могут быть найдены. Благодаря им, наша жизнь не только остается осмысленной – она становится настоящей жизнью, а не подготовкой к ней.

В самой отчаянной (то есть бессмысленной) ситуации поможет аргумент: кто не уезжал, тот не возвращался. Это спасительное наблюдение часто утешает путника, стоящего в начале обратной дороги.

Уезжая в Москву, я концентрирую свои мысли на тех преимуществах, которые имеет моя московская жизнь, и увожу с собой то настроение, которое постоянно испытываю в Кранце. Оно уезжает со мной в качестве эмоциональной опоры, позволяющей в момент расставания не разрыдаться, а незаметно уронить только три слезинки.

Я знаю, что в ближайшие дни мне будет грустно, и потому напоминаю себе о тех смыслах, которые ведут меня в столицу.

Так сложилось, что последний день в Кранце я всегда провожу одинаково. И дело не в том, что я стремлюсь к постоянству. Просто в день, когда мне предстоит в очередной раз расстаться с мамой и с городом, мне хочется одного и того же.

Ранее утро я провожу на косе. Одна. Пока муж спит, я выхожу из дома и иду в направлении государственной границы.

Не понимаю тех, кто возмущается присутствием отдыхающих и недоуменно спрашивает, где найти уединение.

Главное – выйти из дома вовремя, до половины восьмого, и идти на восток. Коса тянется на расстояние более сорока километров – неужели их не хватит, чтобы разгуляться?



В отлив море обнажает корни древнего леса, которые обычно скрыты под слоем песка и толщей воды.



В далекие времена, 700 лет назад, береговая линия располагалась намного дальше от Кранца - на расстоянии одной прусской мили, или 7-ми километров, от нынешней кромки моря. Несколько веков Балтика ежегодно отхватывала по 10 метров суши вместе с лесами; потом в этот процесс вмешался человек, и наступление моря было остановлено.

Те корни деревьев, которые мы сейчас видим при низком уровне воды, являются остатками средневековых лесов.



Иногда в эти «заросли» приплывают утки – полакомиться зеленью.



С утра на косе очень тихо и безмятежно. Все располагает к уединенным размышлениям, мечтам и молитвам.

Постепенно солнце поднимается над дюнами и освещает песчаный берег.

Я снимаю футболку (под ней купальник) и кладу ее на бревно. В понедельник я пойду в этой футболке на работу, и воспоминание о том, что позавчера она лежала на балтийском пляже, будут согревать мое сердце и облегчать труд.



После утренней прогулки я иду в бассейн – как обычно, как каждое утро, когда мне не надо собираться в дорогу и можно свободно планировать весь день.



Мне нравится проводить день так, как я делала это все предыдущие дни, поэтому у меня не отменяются ни овсяная каша, ни бассейн, ни чтение. Мне хочется, чтобы день отъезда оставался полноценным днем отдыха, настолько, насколько это возможно.

Чтобы то и дело не поглядывать на часы, все вещи (если они у меня есть) я собираю накануне. На день отъезда остается только небольшая уборка и утилизация недоеденных продуктов. В решении второй задачи обычно активно помогают местные кошки.

Я люблю приезжать в идеальную чистоту и образцовый порядок, поэтому всегда убираю перед отъездом: протираю все поверхности, меняю постельное белье, вешаю в ванной комнате свежие полотенца и кладу на видное место какую-нибудь вещь, которая может понадобиться мне в день приезда. Так между расставанием и встречей прокладывается маленькая дорожка.

В минувшие выходные такой вещью стал уютный плед.



После бассейна я традиционно захожу в летнюю читальню – вернуть прочитанное и взять что-то новое.



Надеюсь, эти воспоминания будут книгой моего следующего отпуска.



Мы встречаемся с мужем и, как обычно, дальше гуляем вместе.

Между тем ситуация на пляже меняется коренным образом.



Песок, по которому три часа назад я гуляла в лирическом одиночестве, заполняется плотными рядами отдыхающих.



Мы идем к тому месту, где обычно купается мама, чтобы сделать ей приятный сюрприз своим неожиданным появлением. Пока температура воды выше 16 градусов, она плавает по часу (непрерывно!) дважды в день.

Несмотря на то, что мы отчаянно машем руками с берега, мама, увлеченная своим плаванием, не замечает наших сигналов.

Крошечная белая точка в левой части кадра – это как раз и есть моя мама.

Увидев эту фотографию, она сказала: «Вот здесь я выгляжу очень неплохо».



А мне нравятся и ее крупные планы.





Мама уверяет, что черпает силы в том, что ее окружает. Я думаю иначе: она черпает их внутри, в своем характере и жизненном опыте, но вид из ее спальни, которым она наслаждается каждое утро, когда просыпается и распахивает балкон, действительно вдохновляет.



Самое грустное время – после пятичасового чая. Тут уже никак не получается делать вид, что мы живем обычным днем.

Стрелки на часах неумолимо приближаются к времени вылета, я старательно думаю о том, как хорошо жить в Москве, мама умоляет не беспокоиться за нее и уезжать с легким сердцем, и мы бодримся и хорохоримся, чтобы не разрыдаться.



И вот все оказывается позади: и веселые прогулки, и морские купания, и семейные ужины, и неторопливое чтение, и утренний парк, и вечерние газеты.
Сознание перестраивается на новый ритм, воля мобилизуется, время ускоряется. Дальше наступает непрерывное движение с короткими передышками на ожидание.

Кстати, в эту поездку мы открыли для себя новый бизнес-зал. Уж не знаю, сильно ли он проигрывает Абакану, но нам очень понравился.

В нем точно такое же меню, что в «Маяке», но зато есть прекрасные панорамные окна.





И отменный латте!



Замечу, что это – не кафе, а зал ожидания, поэтому тут преобладают напитки (чай, кофе, соки, воды, пиво), холодные закуски (сэндвичи, круассаны, йогурты, орехи, сухофрукты, конфеты, булочки), а горячая еда представлена весьма скромно.

Ну а кому придет в голову плотно ужинать перед полетом?



Час планового ожидания рейса в такой романтической обстановке пролетает незаметно.



И даже то, что аккурат над нашим выходом внезапно начинают сгущаться тучи, не вызывает особого беспокойства.



Последний прибалтийский закат, который мы увидели в этом отпуске, был самым эпическим!





На этой минуте закончился день отъезда и начался день приезда, а это уже совсем другая история…

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив