Враг №1.

Позвонила тёте. Она сказала замотать в одеяло, нажать на челюсть и положить на корень языка. Её второй кот лечиться обожал и таблетки ел сам.
Но это не наш случай.
Сын вообще боится нанести ей страшную психологическую травму, а я не боюсь. Я психологические травмы получала, а она чем хуже? Объяснила ей и начала экзекуцию. У меня она таблетку выплёвывала, потом уже стала рычать и пытаться вырваться. В итоге таблетку мы измучали так, что она её разжевала во рту, и выплёвывать было нечего. А когда мы её отпустили, она от меня бегала. Ну и ладно. Мне к ним теперь только через неделю — на стерилизацию её везти.
Ветеринар, кстати, глянула её паспорт, посмотрела на неё и сказала, что она на сибирячку не похожа вообще. Я офигела. Стоило столько денег отдавать! Хотя стоило, конечно. Мы её обожаем и считаем красоткой. И хрен с ней, с породой и паспортом. А в конце ветеринар сообщила, что хвост у неё сибирский и характер тоже — спокойный и пофигистичный где-то. Зачем она нам всё это говорила?
Ну, по барабану мне. Главное, таблетку дали, теперь везти на операцию. А потом, так понимаю, в какой-то попоне будет 10-12 дней. И может даже придется её на руках носить к миске и к лотку. Но это уже сын пусть сам справляется. Катька говорит, что он молодая мать, которая с первым ребёнком вообще всего боится.
|
</> |