Одно из последних нашумевших дел — история кандидата физико-математических наук Елены Жоликер и ее дочери, пятиклассницы Вари. Директор «Школы в Некрасовке» Майя Булаева пожаловалась в полицию на Варину аватарку в соцсетях и ответы на опрос об отношении к президенту России. Домой к семье пришли сотрудники полиции и центра «Э», мать вызвали на комиссию по делам несовершеннолетних, девочку поставили на профилактический учет. Теперь Елена обжалует в суде действия сотрудников органов опеки и КДН, требуя снять ребенка с учета и избавить семью от непрошеного вмешательства в ее дела.
Учи, а не стучи
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Ребенок рисует картинку о мире, пишет пацифистский пост в соцсетях, высказывает свои убеждения в школе. Озабоченный учитель сообщает директору, директор — в МВД, оттуда — в ФСБ. Домой к ребенку приходят с обыском, родителей допрашивают и угрожают лишением родительских прав, ребенка отправляют в приют. Антиутопия? Нет, реальность.
Второй случай —
совсем недавний: история шестиклассницы Маши Москалевой из города
Ефремова Тульской области. Девочка нарисовала на уроке ИЗО рисунок,
выражающий отношение к военным действиям России. Учительница
сообщила директору Ларисе Трофимовой, та передала сведения в
полицию. Отца Маши задержали и позднее отпустили под домашний
арест, а Машу передали в приют, где она находится до сих пор.
Сообщается, что органы соцзащиты настаивают на ограничении
родительских прав отца Маши Алексея Москалева. Алексея уже дважды
привлекали к ответственности за «дискредитацию» Вооруженных сил РФ,
а мать не принимает участия в воспитании ребенка. Сейчас Маша
находится в ефремовском реабилитационном центре для
несовершеннолетних, у нее забрали телефон и не разрешают ей общаться ни с отцом, ни с
правозащитниками.
В обоих случаях, как и во многих других, ключевую роль в семейной
драме сыграли учителя и директора школ, которые сочли необходимым
сообщить в правоохранительные органы о невосторженном образе мыслей
детей и их родителей.
Могли ли они этого
не делать? Разумеется. Могли просто оставить семьи в покое, потому
что именно родители — по закону — имеют полное право воспитывать
своих детей в тех политических, религиозных, нравственных
убеждениях, которые считают нужными. Статья 63 Семейного кодекса
утверждает, что «родители имеют преимущественное право на обучение
и воспитание своих детей перед всеми другими лицами». Если их так
беспокоит семейное воспитание пятиклассников и шестиклассников
(более старшие дети обычно не так открыты и доверчивы — и не
демонстрируют свою политическую позицию в школе) — они могут
поговорить с ребенком и родителями о том, что взгляды, которые
публично высказывает ребенок, противоречат нынешнему российскому
законодательству.
Впрочем, еще несколько лет назад российских учителей обязали
выявлять у их учеников склонность к терроризму и экстремизму.
Выявив склонность, учитель обязан проинформировать директора, тот должен
сообщить в органы внутренних дел, а те — в центр «Э».
Но учителя вполне могут игнорировать эту указивку, как
игнорируют многие другие: все их выполнять — с ума сойдешь, и
работать некогда будет. Могут, но не игнорируют, а старательно
стучат на своих учеников.
Именно поэтому независимый профсоюз «Учитель» счел необходимым обратиться к педагогом с напоминанием, что «учителя должны действовать в интересах ребенка»:
Наши ученики должны быть уверены в том, что мы с уважением отнесемся к их высказываниям, независимо от того, согласны ли мы с ними. Иначе ни о каком воспитании не может быть и речи», — говорится в обращении совета профсоюза «Учитель».
В чем смысл этого обращения, поясняет один из членов профсоюза. Имя свое он попросил не называть — не из страха за себя, а чтобы не навредить школе: давление на директоров школ, где работают активные члены профсоюза или его ячейки, — не редкость.
Профсоюз «Учитель» неоднократно заявлял, что дело учителя — учить, а не заниматься любой другой деятельностью. Наша работа предполагает, что дети нам доверяют, что они рассказывают нам что хотят и как хотят. Что когда они сдают нам сочинение — оно не появится в каких-то инстанциях с его подписью, не будет опубликовано без его ведома.
И дело не в нынешней ситуации, военной или не военной, а в том, что учителей принуждают заниматься тем, чего они делать не должны. И мы хотим сказать коллегам: вы учителя, а не доносчики. Если вы хотите быть доносчиками — идите получать зарплату по другому ведомству».
специально для «НО»
|
</> |