Прогулки с Фимой

alena_73 — 17.04.2021 Каждую весну психологическое здоровье Кота Фимы обостряется.
Кот Фима подходит к двери, садится на широкую рыжую попу, поднимает к небу печальные глаза и безобразно орёт. И спасти его от удушения шнуром от телефонной зарядки вот этами самыми руками может лишь срочный выгул всего Кота Фимы в ближайшем лесочке.
На Кота Фиму надевают шлейку, специальную, для жЫрных котов (на упаковке было политкорректно написано «для крупных»), и конвоируют на лифте вниз. Перед выгулом всегда необходимо убедиться, что двор пуст: нет людей, детей, собак, котов и других форм жизни. Поэтому, как правило, мы выгуливаем Фиму на буднях и утром – тогда нам почти удается без больших потерь добежать с вопящим Фимой до ближайших кустов и там затеряться в складках местности. И в кустах Фима пасется на шлейке, нюхает уже вылезшую мать-и-мачеху и щиплет зеленую травку.
Но сегодня выходной.
К великому всехнему счастью погоды нынче стоят совершено дачные, и народ с утра принялся паковать в машины рассаду, лопаты, ведра, шашлыки, горячительные напитки, детей, кошек, собак, ручных крыс и прочую домашнюю утварь. Начался массовый исход за город.
Когда двор достаточно опустел, Любка сделала отмашку, и я, отловив не успевшего сбежать под ванну Фиму, перетянула Фимины складочки шлейкой-портупеей. Фима сразу же сделался важным, как комиссар, посланный партией.
Выйдя во двор, Любка побежала выбрасывать мусор, строго наказав нам с Фимой ждать её на углу дома, куда мы с ним и направились: я пешком, а Фима по-пластунски на животе.
И всё было хорошо. Светило солнце, весело пели птички, Фима полз и тоненьким голосом привычно кричал: убью, суки, но тут из-за угла соседнего дома на нас выкатилась на самокате девочка лет пяти-шести.
При виде девочки Фима дернулся, взлетел вверх, спружинил на поводке, упал на землю, несколько раз перекувырнулся и выдал длинную тираду, состоящую в основном из предлогов, непереводимой игры слов и нескольких куплетов из репертуара группы «Ленинград». Кульминационно взвыл, протяжно и нежно, что означало: сдохните все.
Девочка остановилась, засунула грязный палец в рот и принялась обстоятельно его обсасывать. Видимо, это символизировало глубокий мыслительный процесс, потому что спустя некоторое время девочка вынула палец изо рта и, уставившись на нас голубыми чуть навыкате глазами, спросила басом:
- Ой, а чой-та это с ним?

Внутри меня живут две женщины. Одна – такая некрасовская баба, которая и коня, и в избу горящую, и матюками обложит, а другая… другая такая княжна Марья – письма на французском подруге Жюли, томик со стихами на коленях, пальто, очки, шляпка, все дела. Некрасовская баба, как вы понимаете, побеждает редко.
- Это он тебя испугался, - говорю я девочке вежливо.
Девочка кладет самоткат на землю, снова засовывает палец в рот и снова начинает его обсасывать. Я крепко сжимаю в руке поводок. Рядом в конвульсиях бьется Фима.
Девочка опять вынимает палец изо рта и радостно говорит:
- А у меня дома тоже есть кот. Он меня таааак боится, все время убегает, когда я к нему подхожу.
У меня начинает дергаться глаз. Фима хрипит на земле рядом.
- Вообще я котов тааак люблю, таааак люблю! А можно я его поглажу?
К Фиминой рыжей шкурке тянутся цепкие грязные пальцы.
- Иди на х**, девочка, - говорит моя внутренняя Некрасовская Женщина, но вслух я произношу:
- Он тебя боится.
Девочку это не останавливает. Но тут, краем глаза я вижу, как со стороны помойки нам с Фимой на помощь стремительным домкратом несется Любка. Выражение лица у Любки – особенное, специально для трансформаторной будки: не влезай, убьет!
Это неудивительно. Моего ребенка с самого рождения воспитывал наш старший Кот Трофим, а Трофима никто не решается трогать, даже самые отчаянные самоубийцы. Испепелять взглядом Любка научилась раньше, чем говорить слово «мама».
Любка подбегает, мгновенно оценивает ситуацию и бросает на девочку красноречивый взгляд.
Девочке даже не требуется пососать палец для обдумывания, Любкин посыл доходит до неё по специально выделенному каналу, потому что девочка быстро поднимает самокат и укатывает от нас троих в неизвестном направлении.
- Тебя одну оставить нельзя, - шипит мне Любка.

Мы стоим и смотрим вслед укатившему самокату: я, Любка, Фима. И каждый из нас изо всех сил желает добра этой маленькой незнакомой девочке.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив