О книгах, которые читаю сейчас

tito0107 — 17.09.2018 Загружен работой по самое горло, так что писать большие концептуальные посты с картинками буду нечасто, наверное. Кстати, после 16-летнего перерыва я вернулся к преподаванию скульптуры, посмотрим, что из этого выйдет, надеюсь не только других поучить, но и сам потворить (до чего все время руки не доходили).
Как обычно, читаю разом несколько книг. Недавно, вот, закончил читать "Дневник советской школьницы" Нины Луговской, который она вела с 13 до 18 лет. Полезно, кстати, не только в историческом плане, но и в психолого-педагогическом: раскрывается внутренний мир девочки-подростка, неглупой (и пишет хорошо), но очень наивной: этот мальчик нравится, поэтому не буду обращать на него внимание, с этим подралась, с сестрами поругалась, постоянные жалобы на внешность (судя по фото, совершенно не оправданные). В начале 1937 г. арестовали ее мать и сестер (отца арестовали еще раньше, а потом расстреляли), саму Нину обвинили в подготовке покушения на Сталина. (Этакая Аня Павликова сталинской эпохи). К счастью, Нина Луговская относительно легко отделалась - отправили на пять лет на Колыму, потом еще несколько лет была в ссылке, там же вышла замуж, стала художником и потом жила во Владимире.
Вот уж в какое бы время не хотел жить, так это в первую половину прошлого века. Сколько всего выпало на долю того поколения: две мировые войны и куча всяких других катаклизмов, и не только в нашей стране! Тут начнешь всяких Шпенглеров понимать. Читаю сейчас письма Зинаиды Серебряковой и воспоминания о ней: как вообще пережила несколько десятилетий разлуки со своими детьми (двумя из четырех)? В книге (изданной в 1987 г.) ни слова критики в адрес советской власти, зато много жесткой критики современного западного искусства, причем, начиная с Сезанна и импрессионистов. Как бы сложилась ее судьба, если бы осталась в СССР? Не факт, что была бы репрессирована: вон, брат ее, Е.Е. Лансере всякие награды и премии получал (правда, под конец жизни).
А еще читаю Николаса Уэйда "Гены, расы и история человечества". Интересно, но много спорных моментов. Уэйд - генетический детерминист (хотя, конечно, не такой как Дольник), хотя, конечно, про влияние среды он тоже говорит. Как писал А.К. Толстой: "от скотов нас Дарвин хочет до людской возвесть средины", теперь тенденция другая: возводить до "людской средины" самих скотов (см. мой недавний пост про новости науки с "Элементов"), а многое из того, что считалось сугубо человеческим объявлять не "слишком человеческим".

Оставить комментарий

Популярные посты: