Листая назад
antimeridiem — 28.03.2025
Mar. 28th, 2016Ирвин не признавал любовных треугольников, поэтому никогда не заводил больше одной подружки одновременно. Ему казалось, что это значительно упрощает жизнь и делает отношения честнее и чище. Но вот как-то раз не он бросил очередную подружку, а она его. И удивительная вещь, на самом-то деле их оказалось две! Первая как-то подошла к нему в баре и бросила что-то остроумное про его галстук-визитку. Она же, по прошествии семи с половиной месяцев их бурного романа, опустила ключ в аквариум и тихо прикрыла за собой дверь. Но вторая так и осталась рядом с Ирвином. Она выедала его изнутри, не давала спать, заставляла зачем-то звонить той, первой, просить вернуться, стать такой как она. Первая перестала отвечать на звонки. Тогда вторая заставила Ирвина писать письма, или это уже она сама их писала? Говорила, что ужасно любит Ирвина, готова для него на всё, что это мужчина её мечты. Но что она может? Что она может? Запертая в глубине, бьющая призрачными кулачками по воображаемой стене? Ирвин смотрел на нее и на глазах наворачивались слезы.
Она – экран, лишь белая стена,
кино мелькнет, и побежали титры,
и хочется воскликнуть: «Да иди ты!»
Но сам послушно ковыляешь «на».
Сеанс окончен, на полу попкорн,
у двери надпись зеленеет «выход»,
и не вдохнуть, ну так поглубже выдох
ты сделай и судьбе своей покор-
но следуй, вспоминай, жалей,
промой глаза прозревшие слезами,
разбито сердце, но осколки сами
соединятся и застынет клей.
|
|
</> |
Будущее GEO-продвижения: как AI и генеративный поиск меняют локальный маркетинг
Бренд герцогини Сассекской запустил новый продукт на своем сайте
Про критику от сетевых гуру в адрес бедного салата «оливье»
Наступило Рождество
Почему мне плохо, хотя объективно всё нормально
Колесики в дело
Год перелома
Пухновости

