Колко

zimaj — 08.12.2012

Проснуться от того, что солнце печёт голые лопатки. Открыл глаза и увидел твою спину – два белых очерка и пунктир молочных позвонков, идущий от шеи между лопаток вниз. Долго спросонья смотрел, путая то, что вижу, с ощущением жаркого солнца на своей спине – путал себя с тобой.

Вспомнил про руку, кольнула ладонь трава. Поднёс палец, зависнув подушечкой около твоей спины. Ты будто почувствовала и проснулась – лопатки двинулись и почти сомкнулись – потянулась, выпуская руки в траву, дальше, дальше, за голову, запрокинув, нащупав моё лицо. Я щурюсь от солнца, от твоих пальцев, трогающих мой лоб, веки, щёки, от запаха травы, в которой мы лежим уже бог знает сколько. Ловлю губами твой заблудившийся палец – ушёл от собратьев, спустился ниже, забрёл и попался – ам!..

Притягиваю тебя, утыкаясь лбом между твоих лопаток и вдыхая тебя так сильно, словно хочу выпить – вкус тёплого молока, побеждающий всё на свете. Вот здесь, на шее, под волосами, не в груди или где-то ещё, а именно здесь – в месте струящегося молока – живёт твоя душа.

Кровь врага пахнет горечью, ненавистью и испариной, отступающей, словно туман из долины – пелена уходит, оставляя тебя омытым, умытым, проснувшимся. Кровь своя пахнет глупостью и беспомощным сожалением. И ты смотришь на места укусов и сквозь тот же, но такой другой туман просто не понимаешь, что делать с этими подсаженными в твою плоть свинцовыми личинками. И ведь не прорастут, мёртвые кривые комки металла, а зачем пришли в твоё тело – не понимаешь.

И приходишь в себя лишь от самого отрезвляющего звука на свете – в эмалированную плошку падают-цокают мёртвые свинцовые личинки, вынимаемые из твоего тела. Зря боятся этого звука – звонкого неприятного звона металла о дно посудины – самого надёжного звука надежды, металлических секунд новой жизни, перетекающих в тебя из серых бездонных глаз врача.

– Третий день без наркоза, одного за другим, как так можно… – говорит подрагивающая маска под серыми глазами, и твои веки смыкаются. – Чёрт, сейчас опять выключится, – слышишь ты, уплывая куда-то вбок, в туман, поднимающийся из долины, но в спину успевает прилететь ещё фраза: – Но жить будет.

Вздрогнул и только от этого понял, что снова задремал. Ты тоже снова уснула, словно устала бессонно ждать, а теперь уже – можно, теперь – вместе, пришёл, дошёл, прошёл через всё, чтобы только лежать рядом в траве, уткнувшись носом в шею. Встаю на локте, наклоняюсь и целую тебя в горячий висок, путаясь губами в непослушных волосах. Ты спишь крепко, впитывая золотое солнце, льющееся на тебя с неба, в горячую жаркую траву, источая взамен молочный запах, побеждающий всё на свете.

Оставить комментарий

Популярные посты:

domitianus

Шкаф-купе или распашной шкаф: что лучше выбрать

• Ранее
• Архив