Их нравы...

       Была такая рубрика в свое время, вот мы ее и продолжим, только поговорим о нравах пятисотлетней давности.
       Принято считать, что де московиты были коварны и воровливы, а вот их партнеры, немцы те же - напротив, кристальной честности чистейшие образцы. Понятно, что эти представления суть ходячие мемы и весьма далеко отлежат от истины - и далеко е все московиты были нечисты на руку и брали взятки и всяко разно лихоимствовали, и опять же далеко не все немцы были педантичны, пунктуальны и хозяева своего слова. Одни любопытный пример из истории русско-ганзейских отношений, позаимствованный из недавно прочтенной книги М.Б. Бессудновой:





       В общем, дело было так. Иван III, решив показать ганзейцам, кто в доме, т.е. в Новгороде хозяин, взял да и прикрыл Немецкое подворье в оном граде, купцов ганзейских в зиндан, сиречь в острог-узилище, товары ихние - в свою казну (ну не пропадать же добру в самом деле!). Ганзейцы. естественно, всполошились, потребовали объяснений и... Короче, конфликт продолжался аж до 1514 г., когда уже Василий III соизволил разрешить ганзейцам открыть свое подворье в Новгороде обратно.
       Понятно, что за двадцать лет подворье ганзейское в Новгороде пришло в полный упадок и его нужно было восстанавливать и все такое, а на это нужны были - вы не поверите - деньги! Но где их взять? Ганзейские мужи почесали затылки и решили использовать традиционный способ изыскания денег - использовать на это дело т.н. "фунтовую пошлину" (сиречь на ихнем богомерзком горготаньи puntzoll .
      Пошлина эта, учрежденная еще в XIV в., была введена в очередной раз в 1495 г., и ответственность за расходование средств, полученных в ходе ее применения, была возложена на Ревель, который должен был отправлять соответствующие счета для ревизии в Любек, главный ганзейский город , с тем, чтобы тамошние ревизоры могли проверить, как и куда эти самые средства расходуются.
       Быстро сказка сказывается, да не долго дело делается. Пошлина взимается, деньги исправно расходуются, а отчетов пока не видно. И вот в 1504 г. грянул скандал. Рига и Дерпт потребовали компенсировать им расходы на дипломатические представительства, которые, по их словам, оказались очень велики, а ревельские ратманы в ответ заявили, что де денег посредством puntzoll puntzoll 'я нецелевым образом, а именно - в 1495 г. доход Ревеля от пошлины составил 60711 марок и 16 шиллингов, тогда как ревельцы отчитались только за 4499 марки и 20 шиллингов.
       Следом за "ревельскими гостями" подали голос любекские "новгородские гости". По их расчетам, с 1495 по 1516 год Ревель получил за счет взимания puntzoll 'я 27 тысяч марок, а отчитался только за 11424,5 марки и 9 шиллингов. "Где деньги, Зин?" - вопрошали "новгородские гости".
      На ганзетаге 1517 г. ревельцев призвали к ответу, и они попробовали отбиться, заявляя, что де оболгали их злыя люди, а на самом деле их расчеты и отчеты правильные, а претензии основаны на каких-то совершенно мифических цифрах и вообще это все поклеп и навет.
       Ответ ревельцев не слишком убедил их почтенства любчан, так что спустя несколько месяце ревельцам снова пришлось держать ответ. Чтобы на это раз их доводы были убедительнее, ревельцы вдруг вспомнили - ах да, мы ж совсем забыли, ведь мы же скинулись магистру Плеттенбергу, чтобы тот посодействовал освобождению арестованных по приказу цар и феликий кнезе уса Русса купцов и вообще, о каких таких деньгах идет речь, когда торговый баланс туда-сюда-обратно колеблется, дебет с кредитом не сходится, так что... В общем, обе стороны остались недовольны - любекские гости не смогли доказать, что ревельцы мухлюют, а ревельцы, в свою очередь, что они считать таки умеют, и не только в свою пользу.
       Чтобы разобраться в проблеме, Любек отправил в Ливонию своего ревизора, его почтенство секретаря Любека Пауля фон Фельде. Ревизор проверил ревельские "фунтовые книги", и, судя по всему, сыскал таки воровство. Ревель должен был отчитаться, отправив в Любек соответствующую бумагу, но всячески тормозил это дело, и тогда Фельде обратился за содействием в Плеттенбергу (которому, согласно отчету ревельских ратманов за 1516 год, было выплачено из кассы 2065 марок). Магистр отказал любекскому секретарю в поддержке, заявив, что вообще, решение взимать пошлину есть нарушение его властных прерогатив...
       В общем, ревельцам, судя по всему, таки удалось замотать дело и утопить его в бюрократических и иных проволочках, а там встал вопрос о продлении русско-ганзейского договора, возникли новые проблемы, в общем, стало не до выяснения, куда были потрачены немалые суммы и кто виноват в том, что тысячи марок куда-то испарились (впрочем, почему куда-то - согласно закону сохранения материи, если где-то чего-то убавилось, значит, у кого этого прибавилось, ergo, можно с уверенностью утверждать, что, взимая puntzoll , ревельские ратманы не остались внакладе)...



      Такая вот вышла история не слишком красивая. А вы все немцы, немцы, порядок, ordnung и вот это вот все...