это не про нас

antimeridiem — 29.09.2023 Вот Швейк. Какой он? Если судить по классическим картинкам, то это такой мужичок неопределенного возраста. Вспоминается Карлсон, мужчина в полном расцвете сил. Поглядев в вики, с удивлением обнаружил, что по некоторым оценкам на начало повествования ему не более 26 лет. Хотя по моим ощущениям где-то ближе к сорока. А на самом деле – молодой человек. При этом он ведет себя как человек конченый. Ни семьи, ни дома, ни профессии, и ни малейших признаков того, что он собирается все это заиметь. Точно он уже умер, и теперь наслаждается полной свободой от общественных условностей, окружающая его жизнь проходит параллельно, как кино, являясь источником бесконечных историй, из которых возможно выдуманы – все. Жизнь, как конструктор, из которой можно слепить анекдот под любую ситуацию.

При этом рефреном проходит впечатление, которое он производит на окружающих – невинное, простодушное до идиотизма существо. Обаятельный идиотизм. Как тут не вспомнить князя Мышкина, которого окружающие аттестовали подобным образом. Но если Мышкин так и норовил нырнуть в самую гущу жизни, «приклеиться» к окружающим, научить их, то Швейк приходит и уходит как кошка. Ни намека на сожаление от расставания или радость от встречи. Но он тоже по-своему учит – неизменно рассказывая очередную историю в тему. Но диспозиция меняется – и история рассеивается как дым, не оставляя и следа. Жизнь Швейка вилами на воде писана, каждая новая страница начинается с нуля, только для того, чтобы вскоре растаять. При этом подчеркнутая аморальность никогда не пересекает некоторой границы. Идущие непрерывным потоком мелкие грехи нужны только для того, чтобы смыть с него подозрение в том, что он – хороший. Неопровержимым же доказательством этому служит его простодушный незамутнённый взгляд.

Швейк – это приговор нашему миру. Точно он (этот мир) стоит лишь снисходительного принятия, как глупая шутка, на которую даже обижаться не стоит. И пока есть собеседник, кружка пива и тебя не убивают вот прямо сейчас, жить, что называется, можно. Тебя занесло в эту пивную, так делай то, для чего она предназначена. Это уже даже не саботаж, не сарказм, не фига в кармане – это искреннее принятие. В которое поверить так же сложно, как в искренний взгляд Швейка. Сила книги – в ее гипнотическом воздействии, в способности заставить поверить в невозможное. И да, это работает.

Представляю, какой поднялся бы вой, будь эта книга про текущие события, про актуальную войну. А еще чудовищнее – про войну сакральную. А так чего – это не про нас.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив