Два Фелипе - 2

qebedo — 09.08.2022 И портрет работы ЛермонтОва

В голове у великого русского поэта Михаила Гург-оглу Лермонтова водились тараканы с майских жуков размером - это знают все. Чуть меньшее число его обожателей в курсе, что мальчик Миша не был доволен пошлыми шотландскими предками Лермонтами и мечтал о родстве с пышной романской аристократией. И внимание его превлек кардинал Франсиско Гомес де Сандовал-Рохас и Борха, маркиз де Дения и де Сеа, граф Ампудия и герцог де Лерма. Настолько привлек, что вьюнош даже начертал его портрет "по ощущениям" - как в анекдоте про Рабиновича и Карузо...


Портрет кисти ЛермонтОва с "чудесно отысканными" фамильными чертами

Чем же так привлекала юного россиянина фигура герцога де Лермы? О, в свое время он был известен куда больше (и громче), чем Ришельё или Маццарино, да и возможностей и влияния имел на порядок выше этих подневольных холопов. Лерма был могущественным повелителем половины света, всего Pax Hispanica, над которым никогда не заходило солнце - от Калифорнии до Соломоновых островов. Перед ним заискивали, его расположения добивались, его боялись и дрались за кость, упавшую с его стола все блестящие мадридские придворные... Короче, Франсиско де Сандовал был тем, что в те времена в Испании называли валидо, или привадо, и гораздо реже - фаворито, то есть официально назначенным главным помощником короля по всем вопросам.


Настоящий Лерма

Чему этот человек был обязан своим возвышением? Естественно, счастливому случаю, который привел блистательного потомка аристократического семейства Сандоваль, получившего с рукой Каталины де ла Серда, дочери герцога де Медина-Сели, титул маркиза Дения, в 1592 году на важный придворный пост - Фелипе II назначил его хентильомбре де ла каза (и пусть знатоки испанского таки переведут сие на русский) при инфанте доне Фелипе. 39-летний маркиз смог подчинить 14-летнего подростка своему влиянию - видимо, юноша скучал по отцовской любви, и ловкий "полумилорд-полупрелат" (воспитанный дядей-архиепископом Севильи Кристобалем де Рохасом) смог занять это место. Фелипе буквально смотрел на мир глазами маркиза Дения, ел с его рук и послушно кивал любой высказанной им мысли. Под конец жизни это даже начало серьезно беспокоить и пугать Фелипе II - он-то всё-таки хотел оставить трон Испании своему сыну, а не "Франсиско VI Фактическому". Но сделать ничего не решился, да и не успел - 13 сентября 1598 года король умер от "тяжелых продолжительных болезней", и правителем Испании стал принц Астурийский.


Да, я король, дорогие мои

В тот же день, когда преставился его отец, Фелипе III объявил явившимся к нему за распоряжениями министрам и членам тайного совета, чтобы они знакомили со своими бумагами маркиза Дения - теперь это его почетная обязанность принимать решения. В следующем 1599 году королевский валидо сделался герцогом де Лерма (а еще позднее - графом де Ампудия и маркизом де Сеа) и стал грандом Испании (высший слой знати после королевской семьи, имевший, собственно говоря, право на титул дона). Позднее король даровал любимцу право подписи - теперь тот не просто читал и разбирал все бумаги, а также готовил указы и решения, но и скреплял их "типа королевским" росчерком. То есть, Фелипе III часто даже не знал, что именно в стране происходит от его имени.

 
Герцог Лерма и его любимый секретарь (кликабелен)

Лерма, конечно, не был чертом с рогами и обладал многими полезными и положительными свойствами, помогавшими ему вскарабкаться на самый верх пищевой цепи и успешно там удерживаться даже в суровые времена тоталитарного абсолютизма Фелипе II. Но две ярко выраженные негативные черты таки присутствовали - корыстолюбие и кумовство. Фаворит любил картины, скульптуры, драгоценности и прочие предметы искусства, каковые ловкие европейские дипломаты везли ему со всей Европы - часть его гигантской коллекции в свое время стала основой будущего музея Прадо. Но и "просто деньгами" нисколько не брезговал - под конец карьеры ему удалось скопить фантастическое состояние в 44 миллиона дукатов - и это не читая того, что досталось его родным и близким.

А о родных и близких Франсиско де Сандовал очень заботился. Когда в 1599 году умер архиепископ Толедо, митру получил его другой дядя, дон Бернардо де Сандовал и Рохас, епископ Хаэна. Старший сын Кристобаль де Сандовал купил в 1609 году поместье и титул герцога Уседа, другой сын Диего стал в юном возрасте верховным магистром рыцарского ордена Калатрава. Дочь Хуана вышла за герцога де Медина-Сели. Но главным протеже и благополучателем Лермы стал его секретарь и правая рука - Родриго Кальдерон де Аранда, граф де Олива де Ла Пласенсия и маркиз Сьете-Иглесиас, ставший "валидо у валидо" и "фаворито у фаворито", то есть человеком, на самом деле выполнявшим повседневную бумажную работу управления испанской империей, что было официально закреплено должностью королевского секретаря. И использовавшим свое положение для собственного гешефта, будучи заклеймен сразу тремя великими испанскими поэтами того времени - Кеведо, Гонгорой и Вильямедианой - как казнокрад и негодяй...

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив