7 января 1943-го года
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Иван Майский, дипломат, 58 лет, посол СССР в Англии:
7 января.
В ближайшем будущем предстоит свидание Черчилля с Рузвельтом — по военным планам на 1943 г. Есть два варианта:
1 ) вторжение во Францию весной или летом и
2) захват Сицилии и дальше высадка в Ю[жной] Италии. Вопрос об операциях на Балканах пока не стоит: это мыслится лишь в связи с возможным выступлением Турции, но последняя, видимо, не собирается менять своей позиции.
По словам Идена, Черчилль безусловно предпочитает Францию, Рузвельт и его советники как будто бы склонны ставить ставку на Сицилию и Италию.
Очень опасаюсь, что вопрос будет решен в пользу второго варианта, ибо в военном отношении он легче, да к тому же англо-американцы имеют целый ряд политических соображений для откладывания эффективного второго фронта в Европе.
Содержание послания Черчилля Сталину (10.1.43):
Рад, что декабрьский конвой добрался благополучно, преодолев атаку превосходных сил врага.
Т. к. ясно, что враг на севере будет препятствовать дальнейшим конвоям, то адмиралтейство решило вместо первоначально предполагавшихся двух полуконвоев 17.1. отправить конвой из 19 судов, а около 11.2. еще один конвой из 28–30 судов. Затем, если американцы нам помогут с эскортными судами, след[ующий] конвой мы отправим около 10.3. а если американцы не помогут, то не раньше 19.3.
Николай Попудренко, партработник, 35 лет, командир партизанского отряда, заместитель командира Большого партизанского соединения под командованием А.Ф. Фёдорова, Брянская область:
7 января.
Вечером смотрел кинокартину «Разгром немцев под Москвой». Это впервые за время войны смотрел кино.
Примечание (моё): не зря, значит, вместе с А.Ф. Фёдоровым из Москвы прилетел кинооператор.
Вера Инбер, поэт, 52 года, Ленинград:
7 января.
Вчера ночь была бурная: тревоги до утра. Гитлеровцы бросали зажигалки целыми связками. Недалеко от нас бросили громадную зажигалку — целый баллон, наполненный нефтью и еще разной горючей смесью.
Наши дела на фронте блестящи. Мы освободили Нальчик.
Анна Остроумова-Лебедева, художник, 71 год, Ленинград:
7 января.
Ленинград. Накануне Нюша принесла от Корниловых маленькую ёлочку и все ее украшенья (кроме моих гравюр). Вечером мы ее устроили на моем рабочем столе и убирали флажками, бусами и всякими яркими и блестящими финтифлюшками. Свечей нет.
Напрасно мне прислали эту ёлочку. Глядя на нее, такую маленькую, в сущности такую жалкую с такими неизящными украшеньями, без заманчивых сладких вещей как прежде. Она мне так много напомнила из прошлого! Из прекрасного, молодого, солнечного прошлого! Напомнила, как один раз мы выбирали живую, растущую странную елку в лесу в рождественскую ночь. Везде были сугробы снега. Принесли высокую лестницу, чтобы высоко, высоко прикрепить золотую звезду. Елочные украшенья нам не хотелось на нее вешать. Это бы выглядело как-то дешево. Протянули по ней серебряные нити, прикрепили и зажгли много маленьких разноцветных свечек и наша ёлочка стояла как невеста на полянке, а вокруг толпилась темная, лесная чаща. Небо сияло звездами. Воздух был напоен запахом снега, свежей хвои и ароматом горящих восковых свеч. Нам не хотелось ни кричать, ни петь, ни танцевать. Величие ночи и природы делало нас молчаливыми и робкими. Как это было давно! Давно, давно! Много прекрасного пережито много в моем детстве и юности!
А сегодняшний день, день Рождества, день рождения моего отца. Мы, будучи детьми, очень гордились тем, что наш папа родился в один день с младенцем Христом. Этот день у нас торжественно праздновался и почитался. Когда мы подросли, то в этот день у нас много собиралось народа, и молодежь танцевала. Сколько было волнующих переживаний, каких-то неопределенных ожиданий. Все было в будущем! Все время я куда-то торопилась, куда-то стремилась! В неизвестное прекрасное!..
Я сейчас как графиня из «Пиковой дамы» сижу и полусонная, при жалком свете крошечной коптилки вспоминаю свои прежние годы. Стреляют зенитки, т.к. вот уже второй день немец пугает нас налетами и выматывает наших летчиков. Нюша обменяла мою шерстяную юбку на 2 кило хлеба. Мы с ней голодаем, и я трачу мои последние деньги.
Ирина Эренбург, дочь от первого брака Ильи Эренбурга (в авторских примечаниях - Илья), 31 год, сотрудница редакции газеты 5-ой Армиии Западного фронта, Можайский район Московской области:
7 января.
Диктовали политдонесение, которое состояло из стандартных слов передовой. Утром мылась снегом. Девушки даже не растапливают снег. Живут хуже холостяков. Уборная в беседке. Всю ночь приходили разные люди и диктовали.
У замполита дивизии. Вчера он говорил «Костенька», сегодня молчалив. Высокий блондин. Любит хорошо пожить. В блиндаже еще двое — капитаны. Спешно едят суп, едут в полк проводить занятия. Приходит парикмахер Соломон. Все трое жителей блиндажа разговаривают с ним пренебрежительно, как с юродивым. А тот им подыгрывает. Он выклянчивает папиросы, гимнастерку, жалуется на отсутствие халата. Брея замполита, болтает о погонах, о концерте ансамбля, который здесь гастролирует.
Потом у начальника Ефремова. Показывал альбом с фотографией Сейфуллиной (примечание автора: Незаслуженно забытая писательница. А в то время все зачитывались ее «Виринеей». Лидия Сейфуллина была на редкость чистым и честным человеком, и Илья да и я относились к ней с глубоким уважением) среди бойцов этого полка. «Старушка была молодцом, просила зачислить ее бабушкой полка». Ефремов рассказывал о красотах Сибири, говорил о книгах Арсеньева (примечание автора:Думаю, мало кому была известна его книга «Дерсу Узала». Меня удивило, что это имя было знакомо Ефремову. Я-то читала Арсеньева из-за Бори (мужа), который очень любил Восток).
Михаил Пришвин, 69 лет, Ярославская область, Переславль-Залесский район:
7 января.
(Рождество.) Вышел в темноте, мороз, как вчера, довольно значительный (15-20). Небо чистое, но все-таки некоторых звезд не досчитаться, и ветер восточный.
Службы не было. Все валят на предсельсовета Александрова, но это козел отпущения: службу нельзя было совершить оттого, что не прибыла приемочная комиссия. Настроение, однако, уверенное, и полное сознание совершившегося переворота. Старому воробью, однако, мелькнула мысль о том, что может быть, там думают, будто священники остались старенькие «сергиянцы», и верующие — это бабы, тоскующие по мужьям и сыновьям. Если же там так думают, то надо поостеречься. Вместе с этим второй фактор хорошего праздничного настроения — это наши победы под Сталинградом (говорят, 1,5 мил. немцев разбито), но это именно не первый, а второй фактор. Главное же — это охватывающая всех уверенность в том, что вообще война кончается.
Искусство с точки зрения поведения (искусство как поведение) есть средство личного спасения (от рабства), ближнего оно спасает лишь косвенно, сам художник не обязан задаваться целью помощи ближнему. Мораль искусства есть верность себе самому, как исполнителю воли Божией.
Но поведение художника минует непосредственные обязанности к ближнему (между прочим, в обычном слове «человек», «человеческие отношения» и т. п. понимается человек именно как «ближний»). Говорят: «как художник и как человек», это значит, человек (художник) в отношении к Богу и человек в отношении к ближнему, или человек как личность (художник) и как гражданин, т. е. человек, определяющийся в отношении к другому человеку (гражданин).
Религиозное движение современности есть освобождение человека от принудительных обязанностей к ближнему (кто этот ближний?) и возвращение к личности человека, ответственной перед Богом.
Вспомнился А. Толстой со своей новой проповедью «Родины» и вместе с этим соединился Сергий с его церковью: что-то общее. Какие-то нужные люди, и в то же время знаешь, что как только все освободятся и будут иметь возможность говорить и по-своему жить, — эти люди, и Сергий, и Толстой, будут ненужными и их время пройдет. Это временные люди, время перейдет, и они пройдут, какие-то необходимые проходимцы.
|
</> |