Звонок

Переговоры Путина и Байдена, которые анонсированы ориентировочно на 7 декабря, будут, по всей видимости, носить вид обычной телеконференции. Видеозвонок, проще говоря. Встреча в офлайне выглядит пока маловероятной.

Я бы предположил, что это в определенной степени кремлевская инициатива, не зря пропаганда с таким упоением обсуждает вполне рутинный, в общем-то, телефонный разговор. Причина здесь — в скором завершении некоего полугодового срока, о котором обмолвился Байден после летней встречи с Путиным. И по всей видимости, отчитываться Путину особо нечем: план по вакцинации, а значит, и встраивание в «новую нормальность», провален с оглушительным треском. Вместо 80 процентов привитых Путин может отчитаться только о сорока. Да, для внутреннего потребителя вешается лапша про «коллективный иммунитет», но это так, разговоры в пользу бедных. Отставание носит уже фатальный характер, догнать Запад Кремль не в состоянии.


Февраль — ключевой рубеж, начиная с него в странах, где вакцинация проведена примерно в соответствии с графиком, начинается новая фаза перехода. Отсюда и срок в полгода — Байден должен понимать, будет ли Россия принимать участие в этой фазе или ее придется отцеплять и пристегивать к группе безнадежно отстающих и бесполезных. С соответствующим пересмотром роли и места российских нуворишей в будущем мировом порядке.

Тема разговора Путина и Байдена в декабре — Украина и Афганистан. Украина важна с точки зрения возникновения кризиса, и Путин очевидно пугает НАТО войной. Это, понятно, блеф, но всегда есть риски чисто психологического порядка — не всегда понятно, как поведет себя психически нездоровый партнер. Цель такого «пугания» вполне рациональна - торговля. Да, мы не оправдали высокого доверия, но если вы нас прицепите к составу вместе со всякими Папуа-Новыми Гвинеями и Нигериями, то мы вам тут можем устроить нешуточную головную боль. В принципе, с точки зрения политических разменов такие мини-кризисы — дело обычное. Дайте нам еще полгода, и мы успеем и присоединимся к вам. Просто чуть попозже. А мы не будем безобразничать. Вот и весь размен, который может предложить Путин. Тупо и прямолинейно, безо всяких хитростей, но с другой стороны — с чего бы от него ожидать каких-то интеллектуальных решений?

Афганистан здесь, видимо, сладкая пилюля. Кремль может пообещать взять на содержание режим талибов. Что существенно осложнит отношения с Китаем в этой локации, так как тандем Китай-Турция очень даже считают Афганистан своим собственным призом. И лишних здесь им не надо. Для Байдена подобный вариант может показаться крайне любопытным и интересным, так как создание системы противоречий между Китаем и Кремлем его весьма интересует.

Главное событие глобального уровня — это переход к новой нормальности. Других значимых проектов мирового уровня сейчас нет. И российская знать крайне заинтересована в своем участии в этом проекте. Но ввиду того, что уже на первой фазе перехода она не в состоянии обеспечить условия для него в России, ее позиции весьма шатки и зыбки. И это ведь только первая фаза, их как минимум будет еще две-три. При подобных раскладах Кремль может вообще не дойти до финиша, а значит — место российской номенклатуры в будущем мировом балансе будет совершенно незначительным по статусу. Если ее вообще пригласят туда. Что, конечно, не устраивает кремлевских.

Плюсом можно обнаружить, что противоречия в ходе перехода растут: глобальные кланы начинают рвать друг друга на части — в России это проявилось внезапным синхронным ударом по Чубайсу и Грефу (внезапно обнародованная информация о катастрофическом положении Роснано и скандал с ближайшим помощником Грефа Курпатовым) — по всей видимости, глобальные структуры, которых представляют эти два коллаборациониста, ведут между собой вполне нешуточные боевые действия, которые отзываются даже в российском болоте. На таком уровне борьбы кремлевские явно в той весовой категории. Поэтому вопрос — отцепят ли их от проекта в прежнем статусе или все-таки дадут испытательный срок — для кремлевских крайне важен.

Поэтому и внезапная телеконференция, где Путин попытается выторговать еще какое-то время за рамками полугодового срока, который был отведен ему летом 21 года.

Эль Мюрид