За Б-га и Б-нь! - 33

qebedo — 03.03.2025 Джентльмены, французы и бретонцы

Высадившимся в Кале войском англичан командовал герцог Ланкастер — 3 000 латников, 6 000 лучников и 2 000 «различных пехотинцев» (по данным Фруассара). При армии имелся и другой герцог — Жан IV (V) де Монфор. Он негодудел на короля Франции и отписал ему, пылкая огнем: «Даю вам знать, что я считаю себя полностью свободным от обязанностей, которые я принес вам и короне Франции, свободным от всякого послушания и подчинения… и считаю вас своим врагом и я нанесу ущерб вам и вашей партии, чтобы отомстить за себя». В июле 1373 года англичане двингулись на юг. Судя по их поведению, это был обычный набег-шевоше — с целью разрушать, грабить, брать города и монастыри, разорять королевство, захватить как можно больше добычи, и надеяться заставить французов вступить в битву, чтобы получить выкупы за пленных и добиться решающего успеха.



Но у французов уже было противоядие — «стратегия устрицы», когда все жители сбегались в укрепленные пункты (монастыри, замки и города), оставляя врага рыскать в поисках случайной добычи. Как сообщил Фруассар: «Поэтому совет короля Франции сказал ему: „Пусть идут. Одним своим разбоем они не могут лишить вас вашего королевства. Скоро они устанут, и их силы растают, как шторма и бури ужасно проносятся на всей страной, но вс` же, они проходят сами собой и не наносят существенного вреда. Так же случиться и с этими англичанами“». Правда, недостатки подобной стратегии были налицо — недвижимость и несобранный урожай, а также весь тот скот, который не успевали и не могли спасти, становились добычей врага, который «что не съедал — то уничтожал». Дворяне и крестьяне были очень недовольны, ибо сам смысл средневекового общества, где воины защищают работников, подвергался обструкции.

Посему для обсуждения будущего 10 сентября король собрал на совет всех своих крупных военачальников и принцев. Мнение коннетабля спросили первым, но тут Бертран внезапно проявил себя не старым рыцарем, рубящим правду-мать, к образу которого все привыкли, а ловким царедворцем — он отказался, заявив, что пусть первыми выступают принцы. Когда же его всё-таки заставили высказаться, дю Гиклян извернулся на пупке, заявив, что англичане опасны, конечно, они могут «как прыгнуть!», как оно уже было при Креси и Пуатье, потому… давайте послушаем Оливье де Клиссона, который «с ними вырос и хорошо их знает». Бретонец высказался более прямо: «…Я не советую с ними сражаться, если только они не попадут в сложное положение. Я вижу, что дела Франции сейчас в отличном состоянии, и что то, что англичане захватили путем войны, они потеряют».


Герб Оливье де Клиссона

С этим согласился и герцог д’Анжу, так что король, считавший точно так же, постановил — нападать на вражин только тогда, когда конкретно подставятся. Для чего дю Гиклян и Клиссон с 500 всадниками будут идти за ними слева поодаль, а герцог Бургундский — справа. Таким макаром англичане дошли до Бурбоннэ, где их уже изрядно потрепали дизентерия, голод и оскудение местных ресурсов. Командующие начали сраться — Ланкастер потребовал, чтобы герцог Бретани вложился в оплату наемников, а тот ответил: «Вы прекрасно знаете, что у меня нет ни гроша, поскольку Бретань принадлежит французам». «Если вы потеряли свое имущество, это не мое дело, но если вы хотите быть в моей армии, вы не будете тут командовать. По этой причине идите отдельно, ибо со мной вам делать больше нечего», — нагло отвечал Ланкастер, после чего Жан IV (V) покинул войско с 60 сопровождающими.

Оба герцога по отдельности отправились в Бордо, куда прибыли около Рождества. «Великий шевоше» закончилась дорогостоящим провалом. У Бертрана внезапно появилась зима свободного времени. Помимо уже описанной выше свадьбы, конетабль занялся слжной спекуляцией. В Кастилии у него оставались владения — графство Сория с городами Сория, Альманса, Алиенса, Деза, Монтеагуоло, Серо. Не имея возможности получать с них доход, дю Гиклян задумал их обменять на наличность, но довольно сложным способом. В плену у кастильцев находился знатный англичанин Джон Хестингс, граф Пембрук, за которого должны были выплОтить 120 000 ливров выкупа. И Бертран обменял на него свои испанские земли, причем с серьезным дисконтом — их оценивали в 240 000 золотых дублонов. Ну очень нужны были наличные… 50 000 графу Лонгвилю выплОтили, а 70 000 Пембрук должен был прислать, когда доберетс ядо Кале. Но подлый англичанин грязно обманул — помер, не доехав, а король Эдвар III заявил, что «нету тела — нету дела», и никаких денег не будет. Чтобы компенсироват любимому коннетаблю столь подлое надувательство, Шарль V распорядился выдать ему из казны 54 000 ливров.


Герб шрафа Пембрука

Чтобы стрясти еще денег, дю Гиклян снова налетел морским ястребом на Нормандские острова — 2 апреля жители Джерси снова плОтили ему выкуп, а 24 апреля он уже был в Тулузе. Тут его ждал новый поход — на наглых басков в Беарне, чтобы зачистить вместе с кастильцами «бондитские замки». «В армии были Роган, Лаваль, Бомануар, Клиссон, графы Перигор и Комменж. Первой остановкой было аббатство Сен-Север, настоятель которого принял все требования французов. Оттуда они двинулись на Лурд, которым от имени графа Фуа командовал Эрнант де Беарн. После двухнедельной осады город был взят штурмом. Как всегда, последовала резня… Это было в конце мая. По инициативе графа Фуа, который не хотел, чтобы в его владения вторгалась французская армия, герцогу Ланкастеру в Бордо были направлены предложения о перемирии и переговорах. Переговоры состоялись в Перигё, по итогам которых граф Фуа согласился принести оммаж королю Франции».

t.me/Tercios_catrenos

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив