Введенское

olga_srb — 03.07.2016 Из всех московских кладбищ Введенское самое малозаметное. Именно потому здесь так тихо и спокойно. Никакой навязчивой торговли, экскурсий, никакого состязания памятников в размахе и вычурности, никакой суеты – только тишина, тенистые дорожки и упокоение. Старые захоронения задают неспешный темп движениям и мыслям, а уход людей из жизни, произошедший много десятилетий назад, воспринимается не так драматично, как если бы он случился совсем недавно.




Кладбище расположено на Лефортовском холме, что видно по рельефу местности. В жаркий полдень здесь все пропитано той пряной прохладой, которая может быть только в июле.



Введенское и Ваганьковское кладбища были основаны в один год и по одному и тому же поводу. Эпидемия чумы 1771 года стала последней крупной вспышкой заболевания в Европе. Тогда в санитарных целях было решено вывозить умерших за городскую черту. Людей хоронили в братских могилах, которые не сохранились, но и сейчас можно увидеть очень старые надгробия.



Сейчас Введенское кладбище отличается от Ваганьковского, но не столько внешне, сколько общей атмосферой.



В 17-18 веках здесь хоронили тех, кто исповедовал католичество и лютеранство, позже хоронить стали всех, включая православных митрополитов и протоиреев. В память об ушедших временах на территории кладбища сохранилась Лютеранская церковь Святой Троицы. Здание (бывшая часовня) было построено в 1912 году, но уже с 1930-х годов оно использовалось как контора.



С 1995 года лютеранская община живет нормальной жизнью, и каждое воскресенье здесь проводятся службы. Через открытое окно можно увидеть прихожан и услышать изумительное по красоте пение.



На Введенском кладбище похоронено множество выдающихся людей - музыкантов, архитекторов, литературных деятелей, ученых, художников, военных. Но в отличие от Ваганьковского, где тоже немало могил знаменитостей, экскурсий тут не проводится. И это хорошо.
Единственная могила, которую я хотела вам показать, это скромная могила выдающегося человека – Федора Петровича Гааза (1780-1853).



Будучи главным врачом московских тюрем, он сделал все возможное, чтобы облегчить невыносимую участь заключенных. Неслучайно на ограде его небольшой могилы висят кандалы. Памятник доктору поставлен на деньги, собранные заключенными, а его знаменитое «Спешите делать добро» стало девизом жизни всех гуманистов.



На Введенском сохранилось несколько старинных склепов. Значительная часть из них, к огромному сожалению, находится в аварийном состоянии.





А ведь это – настоящие произведения архитектурного искусства! Даже сейчас, в таком плачевном состоянии, они поражают своим изяществом!





Видимо, заниматься их реставрацией некому, и хозяйственные службы используют некоторые прекрасные постройки под свои бытовые нужды.



Некоторым повезло – они взяты под охрану государства. Например, вот этой часовне над склепом семейства Эрлангеров - мукомольных заводчиков. Мавзолею повезло, потому что его архитектором является знаменитый Ф.О. Шехтель. В этой семейной усыпальнице, построенной в 1914 году, похоронен единственный член семьи, покончивший с собой в год постройки мавзолея.



Над некоторыми надгробиями сохранились скромные по размеру скульптуры.







На Введенском похоронены летчики авиаполка «Нормандия-Неман». О них я писала отдельный пост.



Четырехгранный гранитный монумент воинам Великой Армии, установленный на месте братской могилы французов, умерших в Москве в 1812 году, увенчан крестом. Памятник был установлен в 75-летнюю годовщину войны. Несмотря на высоту, он выглядит достаточно сдержанно и находится в середине участка, а не на ходовом месте.





Его окружают совершенно обычные могилы, и никакого пафоса тут нет.
На многих могилах указана профессия умершего. Насколько я знаю, сейчас так не пишут. Врач… Ученый… Летчик… Указание этих подробностей отражает особенности ушедшей эпохи, когда профессиональные заслуги считались самыми главными, а принадлежность к профессии характеризовала личность.







Раньше вместо профессии писали военное звание или гражданский чин.



Даже на кладбище бывают моменты, вызывающие добрую улыбку. Чаще всего они связаны с чем-то сугубо жизненным. Вот около одной из ячеек, предназначенных для хранения урны с прахом, кто-то поставил цветочки в баночку с названием, ставшим символическим.



А на камень, лежащий на могиле человека, умершего 150 лет назад, чья-то добрая рука положила две конфетки.



Введенское кладбище это не территория смерти. Здесь все деликатно и достойно, без неуместного золочения и монументальной безвкусицы. Здесь нет ни нарочитой драматизации, ни показного почитания. Введенское это продолжение жизни вот в такой, новой, форме.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив