Выбор

may_bee_letter — 12.07.2025

Вчера мне пришлось участвовать в коллективно-застольном мероприятии на фирме супруга. Выбора у меня не было — если отказываешься, люди думают, что ты их ненавидишь, а если идешь, то начинаешь ненавидеть себя.

Мероприятие было выездное, и каждый заказывал себе еду по вкусу и, что важнее, по желаемой стоимости. Я выбрала салат — не потому, что люблю салаты, а потому, что в общепите они обычно наименее опасны. Хотя, конечно, иногда в них прячутся сюрпризы вроде кусочков бекона, которые кто-то зачем-то посчитал украшением.

Среди смеха и общего сумбурного веселья часто всплывали вопросы гастрономии. Не знаю, как вам, а мне не нравится общепит. Я много где бывала и многое пробовала (конечно, последние 15 лет это сводилось к урезанному в рамках вегетарианства формату «проб»), но часто нюхала то, что ели мои спутники, чтобы понять, насколько обонятельно для меня это близко. Иногда мясные блюда пахли очень привлекательно. Но не вызывали у меня желания немедленно завязать с травоедением.

Так вот. Болтали мы о гастрономии, о том, что кто пробовал, кто что готовил… нас вынесло на околополитическую тему в историческом контексте. И нашлось несколько любителей высокой французской кухни и тех, кто полагает, что  «у них( в европе) все гораздо лучше». Кстати, я никогда не пытаюсь переубедить человека с подобными взглядами. Мне больше нравится слушать и понимать—ну так что же ты, дружок, сидишь сейчас и уминаешь хрустящую квашеную капусту? Что ж не улитки? Не фуа-гра? Не  спаржу под трюфелями?(к слову, ресторан был Чешский)

И вот сидела я и думала: ну высокая, ну французская… да там сплошной жир и странности. И мноооого масла. Нереально много сливочного масла.

А еще, раз уж кому-то приходит в голову ругать русскую кухню (а были и такие: «Ну ваша картоха…»), я привела пример извращенного французского деликатеса, который до сих пор подают, хотя Бокюз (а может, и не он, но кто-то из шефов был очень против) называл его варварством.

О чем я? Да о садовой овсянке в арманьяке. Знаете как готовят это блюдо? Расскажу…(в этот момент все уже поели)

Поймать овсянку (это маленькая певчая птичка). Да, ту самую, что по утрам выводит трели за окном. Французы, видимо, слушали их слишком много — и решили, что раз уж петь они умеют, то и на тарелке точно будут хороши.

Посадить птичку в ящик, который не пропускает свет(нет ящика—выкалывали глазки—я не шучу). Накормить птицу зерном и инжиром. Думая, что ей нужно запасаться, птица начинала нереально много есть и набирала жир, много жира. Возможно и для того, чтобы она успела осознать всю иронию судьбы перед тем, как отправиться в желудок гурмана.

Утопить птицу в арманьяке. Это такой крепкий алкоголь. Птицу в нем маринуют — или, если угодно, топят заживо. Говорят, она даже пьянеет перед смертью. Какая трогательная забота о предсмертном комфорте!

Поджечь. Потому что просто утопить — недостаточно театрально. Надо, чтобы было пламя. Чтобы все ахнули.

Съесть целиком. Да-да, не выплевывая косточки и внутренние органы. Потому что настоящий гурман не брезгует хрустом маленьких птичьих костей под зубами.

...И вот представьте: перед вами на блюде лежит крошечная обугленная пташка, пропитанная арманьяком. Её лапки поджаты, клюв слегка приоткрыт — будто и в смерти она пытается пропеть последнюю жалобную ноту. Но самое прекрасное в этом ритуале даже не само блюдо, а то, как его едят.

Когда подают овсянку в арманьяке, голову поедающего накрывают большой льняной салфеткой.

Ну-ну.

Будто бы для того, чтобы сохранить аромат. Будто бы для того, чтобы не улетучился дух напитка. Но мы-то знаем правду—это не кулинарная традиция, это ритуал прикрытия греха.

Под салфеткой, в темноте, человек жуёт. Кости хрустят. Мясо, пропитанное алкоголем и страхом, тает на языке. А снаружи — благородная тишина. Никто не видит, как двигаются челюсти, как губы облизываются, как в глазах мелькает что-то между восторгом и стыдом.

Грех должен быть скрыт.

Именно так: если нельзя сделать по-настоящему этичное блюдо, можно хотя бы сделать его стыдным. Чтобы гурман, наслаждаясь, одновременно прятался. Чтобы он чувствовал, что делает что-то грязное, но слишком изысканное, чтобы отказаться.

Я сидела за общим столом, смотрела на смеющихся людей, на их тарелки с мясом, рыбой, салатами, соусами, и думала: как же легко мы разделяем мир на  «вкусно» и «неэтично». Как просто сказать  «ну это же традиция»,  «это часть культуры»,  «это же деликатес!»— и закрыть глаза.

Но если для того, чтобы съесть что-то, нужно накрыть голову салфеткой — может, не стоит это есть?

Уж лучше я буду всю жизнь есть корнеплоды, чем изображать из себя ценителя «высокой кухни» и при этом экономить воду для мытья рук (как в Европе).

Без салфеток. Без стыда. И уж точно — без хруста маленьких косточек.

А еще я подумала, если цивилизация когда-нибудь рухнет, и наши потомки будут копаться в обломках культуры, они найдут рецепт овсянки в арманьяке и решат, что мы были чудовищами.

И будут правы.

Оставить комментарий

Популярные посты:

verus

Ипотечное страхование недвижимости: что именно страхуют и почему это важно для выплат и цены

• Ранее
• Архив