В театр сходили

maiorova — 03.04.2021 С почином нас, как говорится, сводили дочь в "Балтийский дом" – внезапно – на "Приключения Незнайки", вернее, на пьесу, по ним написанную. Автор сценария себя не слишком утруждал, вроде как скажешь "бе-бе-бе" или "пр-р" губами, выпустишь актёра в одних трусах и маечке – ребятня и хохочет, ей мало надо. Юные зрители исправно смеялись, но им хотелось всё-таки чего-то ещё. В целом даже меня, взрослую, в общем, тётку, нежно любящую литературный первоисточник в отличие от "Незнайки в Солнечном городе", первое действие смутило и немного раздосадовало. В книге, во-первых, коротышки объективно, не по названию, были малышами, детишками, а во-вторых... Во-вторых, всех третировал Незнайка, а не наоборот. На сцене, наоборот, сплочённая команда здоровых румяных парней, все эти Винтики, Тюбики, Цветики цукают и гоняют самого младшего, простоватого. Конечно, не до крайней степени, не до "запаха портянок", но моментально вспомнилась сентенция одного нашего врача:
– Кто ругает чисто женские коллективы, тот не работал в чисто мужских.

Всё на повышенных тонах как-то очень. Орут, кулаками машут, ногами топают, только что не колотят. Я бы на месте Незнайки действительно в лес ушла, куда товарищи его всё время посылают. Он им: братцы, братцы, а они ему: не мешай да не мешай. Притом под сарабанду Генделя и под хоровое "А-лилуйя, А-лилуйя!" Особенно усердствовал доктор Пилюлькин. Ещё актёр яркий, запоминающийся, с отрицательным обаянием. Он в "Волках и овцах" лакея играл. Этот Пилюлькин таким начальственным басом орал, так инфернально хохотал, запихивая в бедолагу Незнайку очередную ложку рыбьего жира, политкорректно заменившего касторку, что наиболее нервные дошкольники и лица с ятрофобией начинали оглядываться, ёрзать, хныкать... Знайка, похожий на фадеевского Левинсона и одновременно на сумасшедшего учёного из комиксов, тревожно поправлял роговые очки и посылал всех арбайтен. Единственный, с кем главгерою удалось спеться в прямом и переносном смысле – опять-таки в противовес источнику, поэт Цветик. С ним Незнайка уверенно изобразил рэп-баттл. Вообще вообще музыкальное оформление в спектакле интересное. Актрисам можно было и попеть побольше дать возможность.

Ещё понравилось само путешествие на воздушном шаре. Хотя был соблазн объявить его психопродукцией Незнайки, расшибшегося об дерево на автомобиле, заправляемом газировкой. Практически идентичные две сцены, где бедолага приходит в себя под опекой адского Пилюлькина и в медовой больнице у Медуницы. А шар – это называется, наконец-таки вспомнили, что спектакль вообще-то для младшей школы. То есть умом я понимаю порыв сделать, чтобы интересно было и взрослым тоже. Но готова поклясться, у взрослых, явившихся со своими отпрысками посмотреть комедию по повести Носова, Незнайка, вращающий глазами с просцениума: "О, Синеглазка, жё т'эм!" или бегающий по проходу со зверскими воплями: "Каучук, каучук, дайте мне каучука, папаша, где мой каучук?" вызовет в лучшем случае неловкость. Допекает уже это осовременивание всего и вся, аллюзии, ироническое обыгрывание. Сколько можно уже? А молодым девушкам и юношам, задействованным в постановке, носовская и шире – советская утопия безразлична, нечто из серии "дед, пей таблетки".

По гендерному вопросу. Как все мы помним, Зелёный город от прочих городов отличался тем, что в нём жили одни девочки, а мальчики из-за некой распри основали собственный город Змеевку, в пьесе – Змеевик. Незнайка всем, кто желает его выслушивать, сообщает, что у них в Цветочном городе не так, малышки и малыши живут сообща. Так покажите вы хоть одну малышку в Цветочном городе! Продемонстрируйте! А то впечатление, что на воздушном шаре прилетели с планеты Эйтос или из мужского монастыря. Это, кстати, и у Носова умиляло: почему в полёт отправились одни мальчики? И героини у него всегда бледнее героев. Запомнилась беготня Незнайки по отделению в мини-платьице (Как Керенский! – с неудовольствием прокомментировали сбоку) и его дикий, неподдельный ужас перед тем, чтобы пройти в женском наряде по городу. А зря! Товарищу очень идёт! Впрочем, под конец все разбились на парочки: рабочий Винтик с колхозницей Снежинкой, врач Пилюлькин с докторицей Медуницей, Знайка с журналисткой Семицветик, а наивный Незнайка с Синеглазкой, санитаркой-инженю – и устремились в мир дружбы, влюблённости, идеологически предпочтительной гетеронормативности. Музыкант, поэт и художник, которым девушек не хватило, маячили на заднем плане. Такова судьба творческих одиночек.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив