Угадайте о чем речь

Вышли на мост. Он, понятное дело, контролировался.
Две БМДшки, на одной из них флаг ВДВ – но это сейчас не значит ничего совершенно. Почему? А потому что солдаты – они из общества, им по-иному взяться неоткуда, у нас такая же армия, какое и общество. И когда рушится все, закон, порядок, сама жизнь – то люди начинают тупо выживать не заморачиваясь условностями. А условностями – становятся подчиненность, присяга и долг.
Я смотрел на пост через пятидесятикратную трубу Казанского оптико-механического, которую раньше использовал на тренировках. Пост устроен не совсем грамотно, скорее разгильдяйно, если быть честными до конца. Все вокруг затянуто проволокой, в некоторых местах в ней запутались мертвяки, свежие и не очень. Из блоков построены казармы для личного состава на обеих сторонах моста, БМДшки тоже обложены блоками. Чуть в стороне – транспорт для личного состава, дорогие джипы, есть даже Мерседес-600. Где их бывшие владельцы – это вопрос большой. В трубу вижу троих, все со штатным оружием, вон у одного вижу Валдай* стоит – значит, им уже поменяли до Катастрофы штатное. Либо я чего-то не вижу, либо наблюдение не ведется. Интересно, есть ли экипаж в БМД – скорее всего, нет. Потому что жарко. Вон, дебил разделся – я такого не позволяю, ни себе ни людям. Лучше ужариться и потом вонять как бомжу, чем тебя в самый неподходящий момент укусят.
Понятно, что машина наша была в гордом одиночестве, а конвой стоял чуть позади. Перед тем как выходить на мост – мы пустили беспилотник, да все и посмотрели. А вы думаете, я так и сунусь под 2А42? Ага, щаз…
- Птаха – всем номерам плюс.
- Двойка, плюс.
- Глаза - плюс.
- Тройка, плюс.
- Саня…
- Плюс… Позицию занял.
Саня – возглавляет снайперскую группу, в ней две СВДМ с глушителями, один Егерь-54, тоже с глушаком, одна ОСВ-96 которые мы на торге берем за неплохие деньги и один ПКМ с глушителем и оптикой.
- Принято, мы выдвигаемся, смотреть по сторонам. Саня, как обычно.
- Принял. Плюс.
- Всем смотреть по сторонам, тут кажется, не чистили ни хрена. Саня, тебя касается в первую очередь.
- Плюс.
Эти раздолбаи – на обмен даже не чухают. Их может убивать сейчас начнут – а они эфир не контролируют. Вояки.
- Флаг вешаем и пошли.
Флаг – белый. Приглашение поговорить.
Когда наш джип появился на дороге – только тогда вояки чухнули. Мы перед тем как идти – приоткрыли двери, если что из машины выскочить – секунда, а там снайперы работать начнут. Скорость – десять километров в час, так и ползли.
Когда мы подкатили к блокам – поставлены по-чеченски, елочкой – вышел десантник, по пояс голый, разгруз прямо на голое тело. Махнул автоматом, показывая куда встать.
- Здоровеньки булы – поздоровался я
«Десантник» мрачно глянул на меня. Взгляд – задержался на разгрузке и на пистолете в кайдексовской кобуре.
- Здоровее видали. И даже е…и. Надо – чо?
- Пальцы на меня не расширяй, военный – спокойно парировал я – и за ствол не хватайся, снайпера не беси. Старшего по званию пригласи, перетрем.
Десантник ушел в астрал, прикидывая, действительно ли я столь опасен, или так, понты гну. Наконец, он решил, что связываться и грудь свою голую под пули подставлять не стоит, и поднес ко рту переговорник.
- Товарищ капитан, тут какие-то… вас требуют. Ага, есть.
Я пощелкал по своему микрофону, давая сигнал
- Глаза – всем. Движуха на той стороне, белый Крузер. Два рыла, калаши. Еще движение. Три рыла, Калаши. Садятся в бээмдешку. Крузер пошел, идет на мост. Идет на мост. Зашел на мост. Два рыла внутри.
Беспилотник – контролировал ситуацию.
Десант –интересен сам по себе. Вон, у него наколка, которую он пытался свести. Скорпион, хвостом вверх. В армии такая татуировка – означает участника боевых действий из элитных частей. На зоне значение этой татуировки совсем другое – наркоман, продолжаю колоться. По понятиям быть наркоманом стремно, наркоман может быть лишь рядовым бойцом, и то на него смотрят с недоверием. Оно и понятно – за дозу всех сдаст.
Получается, уголовка тут верх берет. Видите, как много выводов можно сделать из простого тату.
Подкатил Крузер, вышел офицер, форма без знаков различия, Калаш с подствольником, десантный тельник. Из машины вылез еще один долбень, у него АКС-74У. Десантники, е.. вашу мать. Водила должен все время оставаться за рулем, начнется чего – до машины не добежишь, не успеешь.
Придурки.
- Саня, офицера держу. Второй за машиной, плохо видно.
Это уже мне – если что, валить я буду не офицера, а того что с ментовским Калашом. Об офицере позаботятся.
Я выбрался из машины.
- Желаю здравия.
Офицер смотрел на меня, не зная как реагировать. По докатастрофным меркам – мое снаряжение однозначно относилось к антитеррористическому спецназу.
- Кто, откуда?
- С Ижевска. Идем в Ульяновск, на торг.
- Там вас ждут?
- Нет.
- Сколько вас?
- Четыре машины.
- А тут одна.
Я ничего не ответил.
Офицер уже понимал, что дело стремное. Но – что делать не знал.
А я ему помогу.
- У нас намерения мирные, мы торговать идем. Сколько стоит за проезд – оплатим, хоть патронами, хоть деньгами. Хоть водярой – все есть.
Офицер почесал небритый подбородок.
- Досмотреть бы надо.
- Зачем? Нам скрывать нечего, хочешь посмотреть машину – посмотри.
Офицер подошел ближе. Посмотрел на снарягу бойцов, на пулеметы.
- Чо то вы на торговцев не похожи – заключил он
- Торговля – дело стремное. Нынче.
Офицер думал, не зная как поступить.
- Корд где взяли? У нас с крупняками нельзя.
Спорим – только что придумал.
- Нам его девать по-любасу некуда. Доплатим.
Молчание
- Сколько надо доплатим.
Офицер с интересом посмотрел на КОРД
- Круто ездите – заключил он
Придурок – это он еще УАЗ-буханку не досмотрел. У нас там противотранспортная носимая пушка сложена – это на случай если придется с БТР или БМП противника дело иметь. Довольно примитивное орудие, сделанное по мотивам Сирийской войны, но на более высоком, заводском уровне. У нас ведь на заводе производились ГШ-301. скорострельные авиационные пушки, соответственно, оснастка для производства стволов этого калибра, как и заготовки для них – были. Берете ствол, к нему приделываете дульный тормоз – компенсатор, затворную группу с обычным болтовым затвором, приклад и все это сажаете на пулеметный станок. Получается пушка, которой БТР развалить плевое дело.
- Нормально, у нас там жесть полная – соврал я – сколько за проезд.
- Четыре говоришь?
- Четыре.
За проезд – оплатили патронами, обошлось в двести пятьдесят. Офицеру оставили пузырь казенки и глушак на его АКС-74, надеваемый взамен штатного ДТК. Мелочь, стоит недорого – а человеку приятно.
Переправлялись по одной машине. Мало ли.
|
</> |