Турция наказана за покупку российских С-400

Управление оборонной промышленности в современной Турции – мощная привилегированная организация, подчиненная непосредственно президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану. Демир – один из ближайших его сподвижников (в каком-то смысле положение Демира можно сравнить со статусом Сергея Чемезова в России). Эрдоган уделяет огромное внимание развитию оборонной промышленности Турции, и очевидные ее успехи являются одним из главных предметов гордости турецкого лидера. Поэтому репрессии американцев направлены, по существу, лично против турецкого президента и должны уязвить его в самом престижном и политически важном для него вопросе. То есть мы имеем дело с публичной пощечиной со стороны Вашингтона Эрдогану и с жестким сигналом о том, что США готовы начать санкционное наступление на турецкую оборонную промышленность.

Американские санкции, даже такие персонально символические, способны нанести существенный ущерб SSB. Созданная, по сути, за последние три десятилетия оборонная промышленность Турции в сильнейшей степени зависит от иностранных (в первую очередь западных) лицензий, технологий, систем и комплектующих, а большая часть турецких оборонно-промышленных программ реализуется на совместной или лицензионной основе. Даже тень американского (и европейского) эмбарго способна парализовать буквально все основные турецкие военные проекты. Первые звонки уже прозвучали ранее, когда отказ американцев выдать лицензии на экспорт в третьи страны турбовальных двигателей LHTEC CTS800-4A сорвал поставку оснащаемых этими двигателями турецких боевых вертолетов Т129 в Пакистан и на Филиппины. Негласный запрет Германии на поставки дизельных двигателей MTU привел к неспособности Турции начать серийное производство своего танка Altay. Недавно американская корпорация L3 Harris приостановила экспорт в Турцию электронно-оптических систем производства своего канадского подразделения Wescam, применяемых на известных турецких беспилотниках Bayraktar TB2. Турки, естественно, сразу заявили об успехах «импортозамещения», но проблема в том, что турецкие аналогичные системы сами на деле собраны из всё тех же западных комплектующих и в случае углубления американского эмбарго будут столь же уязвимы от санкций.

В итоге нынешние американские антитурецкие действия ставят турецкую оборонную промышленность перед выбором пути дальнейшего развития. До самого последнего времени ее магистральным направлением была интеграция в западную оборонно-промышленную «экосистему», символом чего стало масштабное участие турецкой индустрии в программе производства американского истребителя пятого поколения F-35 – ныне также перекрываемое для турок американцами за те же С-400. Теперь перед Турцией маячит перспектива полного краха всей прежней оборонно-промышленной ориентации.

Альтернатива для турецкой оборонки очевидна – переориентация на взаимодействие с незападными игроками. В принципе, для Турции это не новость – с конца 1980-х гг. ряд турецких ракетных программ основывается на совместных проектах с китайскими компаниями и китайских лицензиях. Также по некоторым линиям традиционно ведется сотрудничество с Южной Кореей. В последние несколько лет Турция пытается расширить военно-техническое сотрудничество и с Украиной, хотя ограниченная дееспособность украинской промышленности препятствует этому.

Но можно сказать, что нанесенный американцами демонстративный удар по Турции и Эрдогану расширяет окно возможностей для российской стороны. «Рособоронэкспорт» уже стабильно присутствует на турецком оборонном рынке, и пресловутый контракт на С-400 – наглядное тому доказательство. Унижая Эрдогана, Вашингтон предоставляет самолюбивому турецкому президенту хороший стимул для новых политических кульбитов, в том числе и в военно-промышленной сфере.

Российской оборонной промышленности есть что предложить Турции, в том числе и в уже реализуемых турецких амбициозных военно-промышленных проектах. Достаточно упомянуть проблему двигателей для создаваемого в Турции собственного перспективного истребителя TF-X – подписанное в 2015 г. с большой помпой соглашение о разработке и производстве моторов для этого самолета турецкой группой Kale совместно с британской группой Rolls-Royce так и осталось на бумаге из-за позиции британской стороны. Формальной причиной называются «разногласия по вопросам интеллектуальной собственности», однако подоплека также политическая. Теперь перед Турцией маячит перспектива остаться без двигателей для TF-X, причем не только собственного производства, но даже импортируемых. Не случайно уже пошли сообщения о контактах турецкой стороны с российской Объединенной двигателестроительной корпорацией по возможности применения на TF-X двигателей российского производства.