Tracy Chapman

ch_duff — 22.12.2010
Зимой 1991, когда вся Россия привычно загибалась от холода и голода по талонам, я, баловень судьбы, на Рождество поехала в Германию. Туда перебралась моя любимая she_do замуж, ну и меня принесло.
Самым первым, поразившим навыстрел моментом стало кафе на берлинском вокзале в 6 утра, там было тепло и вкусно пахло выпечкой, играло радио и горели свечи, взяли по чашке кофе, а на блюдечко каждому положили таблеточку сливок и печеньку в целофановом фантике.
Тут я и поняла, что здесь вам не там.
Много чего случилось за тот месяц, Женькина с Йоргом первая квартира с печным отоплением в одной комнате и ледяными стенами в других. Бесконечно холодный туалет на пол–пролета по лестнице вниз. Прогулки по шикарно украшенному Лейпцигу, который я полюбила всем сердцем, и до сих пор люблю. А тогда, после холодного и неприветливого Питера, цветной, нарядный, звучащий рождественскими гимнами и пахнущий глинтвейном город был настоящей сказкой. Поездка с двумя нововстреченными дружбанами на "запад", под Мюнхен на трабанте. Они не говорили по русски, а я по немецки. Первый раз выпитый на дискотеке "джин–тоник", и только после 4 стакана у меня хватило ума спросить – а там есть алкоголь? Еще как есть, пей, радостно закивали дружбаны. Когда мы начинали пить в 11 утра, к шести вечера я начинала понимать английский, к восьми на нем разговаривать, а к двум утра я уже бегло общалась на всех языках мира. Поездка на Новый Год в Чехословакию, в Яблонекс, в горы, тусовка каталась, а мы с Женькой пили в баре. Постоянно мокрые ноги, потому что единственная моя пара сапог, сшитых армянскими деятелями шила и дратвы безбожно промокала. Поломка по дороге домой, 1 января, почти полночь, и мы на лесной абсолютно пустой дороге в медленно остывающей машине. А потом меня не хотели пускать на границе обратно в страну – виза то была однократная. А потом те же, фактически незнакомые люди везли меня в Берлин обратно на поезд, и мы жутко опаздывали. А денег на другой билет, если бы мы опоздали у меня по–любасу не было.
Но самое главное, когда мы были дома, в Лейпциге, каждый день долгий, вкусный, ленивый завтрак у нас проходил под виниловую Tracy Chapman, и сегодня, под Рождество двадцать лет спустя, она у меня есть.


На улице минус 27, кстати, вторые сутки. Топятся оба камина, даже ночью трижды вставала добавить поленьев. Из слива раковины на кухне так несет холодом, что пришлось закрыть его тарелкой. Я хоть и живу на севере, но это север Европы, ващета. И у нас тут Гольфстрим. И средне–зимняя температура ноль–плюс пять.
Йопта.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив