Слово о теле

anairos — 29.09.2025 Такой вот парадокс. Систематическое религиоведение как научная дисциплина могло появиться (как и многие другие науки) только в христианской цивилизации – более того, в протестантской культуре. Причины этого много раз обсуждались, и я не хочу повторяться.

Но в то же самое время именно это же и создало религиоведам немало сложностей и стало причиной множества ошибок – потому что за образец того, что вообще такое религия, они взяли протестантизм в его версии 19 столетия.

Ну а протестантизм 19 века – по крайней мере, по мнению местных учителей и богословов – был занятием почти чисто умственным.

В основе всего – правильная вера, правильный настрой ума. Ритуалы – символические действия, призванные поддерживать этот настрой, не более того. Веруя в Бога, живя в Его присутствии, ты тем самым очищаешь и укрепляешь свою душу, делая её пригодной для вечной жизни.

Буддисты тоже склонны считать свою религию умственным занятием. Суть буддизма – принять прибежище в дхарме, очистить ум от омрачений, вызванных неведением, постичь истину и осознать подлинную природу вселенной и себя самого. В пределе ты приходишь к состоянию чистого осознания, которое (по версии Махаяны) и есть Абсолют, Вечный Будда, «тело закона».

Конечно, в любой реальной религии есть ещё много всего, но это всё второстепенное – а то и вообще не религия, а налипшие на неё за века магия и суеверия.

Но на самом деле...

Самое примечательное в религии, какой она была и остаётся на протяжении всех тысячелетий нашей истории – это её грубая, вопиющая, торжествующая телесность.

Установления религии всегда подробно описывают, что и как ты имеешь право делать с телом – своим, своей супруги/супруга, ближнего, дальнего, врага, пленника, животного – а что делать ни в коем случае не должен.

Люди обожествили тело и всё, что с ним связано, задолго до того, как персонифицировали природные силы. Еда и одежда, рождение и смерть, совокупление и даже испражнение – всё это имеет сакральную значимость. То, как ты это делаешь – важно.

Религиозные ритуалы – жесты, выстроенные вокруг телесных действий. Секс, наркотики и рок-н-ролл... ну хорошо, рок-н-ролл изобрели существенно позже, но дурманящие вещества, ритмичные звуки и танцы вокруг костра – буквально архетип древней, «дикой» религии.

Мёртвое тело сакрально вдвойне. Табу, относящиеся к мертвецам, всегда самые строгие, а наказания за их нарушение всегда самые суровые. Люди другой культуры/религии/традиции, у которых эти табу отличаются от твоих, всегда кажутся не просто дикарями и варварами, а воплощением зла.

Даже когда религия вышла на космический простор, населив богами небо, землю и преисподнюю – она сделала это, расширив и углубив всё ту же телесную символику.

Космос стал телом изначального великана, божества или чудовища. Боги совокупляются, убивают и пожирают друг друга – иногда одновременно. Описания, которые мы находим в мифах, порой откровенны до прямой порнографичности.

А мистические учения? Разве не стоят они все в первую очередь на той или иной форме йоги, то есть телесной самодисциплины? Разве не требуют они упражнять дух через упражнение тела – тщательно выбирая, что и сколько ты ешь, сколько и когда спишь, занимаешься ли сексом и если да, то с кем и как?


И если вам кажется, что всё это в прошлом, что религия давным-давно переросла эту дикарскую стадию и стала чисто духовным делом, дисциплиной ума, веры и поведения – то вам кажется.

Для религии по-прежнему значимо, что человек ест, как он одевается и с кем – и какими способами – совокупляется. Значимо и то, убивает ли он себе подобных, и если да – то как, зачем и по какой причине.

Протестанты вроде бы избавились от «магии» в своём культе. Атеисты гордятся тем, что они вообще не «религиозны» и у них нет культа. Однако и те, и другие по-прежнему относятся к телу как к святыне. Не согласны – вспомните, какие ожесточённые споры они ведут (в том числе между собой) на тему абортов, изнасилований, смертной казни – даже допустимой и недопустимой еды и одежды.

И все они хором требуют суровых наказаний для тех, кто поступает поперёк их заповедям и табу. Обходишься с телом не так, как следует обходиться по нашей вере – ты грешник и преступник, и тебе нет места среди людей.

Ортодоксально-кафолическое христианство ни от чего и не думало избавляться. Несмотря на века господства монашества, они так и остались «филосарками» (любителями плоти), как их обзывали в поздней античности аскеты-неоплатоники.

Символ этой ветви христианства – человек, распятый на кресте. Их главные святыни – кости людей, уподобившихся Богу. Они причащаются Тела и Крови Богочеловека, а в наставлениях для священников по-прежнему осталась инструкция – что делать, если во время литургии в чаше явится настоящая плоть и настоящая кровь.

Даже буддизм далеко не настолько интеллектуален и бесплотен, как хотел бы казаться. Умственные упражнения и рассуждения не работают без телесных жестов – всё тех же поста, бдения, воздержания и прочей йоги. На этом пути находится место и созерцанию изуродованных трупов (иногда нарисованных, иногда же и настоящих), и чашам из черепов, и изображениям откровенно порнографического вида – но, конечно же, с глубоким символическим смыслом.

Ваджраяна в этом смысле заходит особенно далеко, но в остальных течениях тоже можно много всего интересного накопать, если знать, куда смотреть.


Тело как было, так и осталось главным, если не единственным, инструментом духовного совершенствования и общения с Богом.

На том религия стояла, стоит и стоять будет.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив