С новой надеждой в мечту!

   Ровно 176 лет назад, 1 января 1836-го года, немецкий ботаник Рихард Шомбургк обнаружил один из самых редких и романтических цветков в мире: гигантскую кувшинку, которую он назвал в честь 17-летней британской принцессы Виктории – Victoria Regia («Виктория царственная»). Эта юная и прелестная девушка взошла на престол в мае 1836-го и процарствовав 63 года, дала своим именем название викторианской эпохе.

   И кувшинка, которую Шомбургк обнаружил в заводях акватории реки Бербис в ходе обследования Британской Гвианы, оказалась не менее любопытной, чем царствование той, в честь которой она была названа: её листья достигают в диаметре двух метров и не тонут под весом ребенка или хрупкой женщины.

   Увидеть её ароматные и пышные цветки мало кому удается – обычно они размещаются под водой и появляются на её поверхности только раз в году во время цветения, которое длится всего два-три дня. Но и тогда они появляются над водой только ночью, а на рассвете снова уходят под воду. При этом цветки Victoria Regia трижды меняют свой цвет – в первый день цветения они нежно-белые, на следующий день нежно-розовые, и в последний день тёмно-малиновые. Затем цветки этой кувшинки опускаются под воду, чтобы больше не появиться до следующего цветения в следующем году.
   В общем, на редкость романтический цветок, вдохновивший Игоря Северянина на написание:
                                                                                           Наша встреча – «Виктория Регия»: 
                                                                                           Редко, редко в цвету...
                                                                                           До и после нее жизнь – элегия, 
                                                                                           И надежда в мечту
   С Новым Годом вас, и с новой надеждой в мечту!

P.S. Ну а для любителей романтики в новогоднюю ночь – бразильская легенда о Victoria Regia

   На заре мира, когда божество Луны принимало мужской облик оно только делал вид, что на закате уходит за горизонт. На самом  деле Месяц скрывался в горах и соединялся там с избранными девушками, которых он избирал себе в жены.
   Старики племени рассказывали что очарование этих брачных лунных  ночей невозможно вообразить, а язык не в силах их передать. Они говорили, что божество Луны уносило счастливых возлюбленных на брачное ложе высоких облаков. Там, в сладострастных объятьях Месяца бледнела алая девичья кровь и алела белая девичья плоть, а сами девушки лишались не только девственности, но и своей земной оболочки, превращаясь в свет. Так рождались звезды.

   Рассказы стариков околдовали дочь вождя одного из племен  юную красавицу Найау  дивными грезами о божественном супруге. И когда наступала ночь и Месяц низко склонялся к земле, влюбленная Найау взбиралась на холма, томясь желанием отдаться искрящимся, светоносным лунным ласкам, о которых рассказывали старцы.  
   Страстно мечтала Найау избавиться от своей девственности и  земной плоти ради вечного божественного бытия на небе. Ночами бежала она за лунным лучом, но стоило ей подняться на одну вершину, как ее легконогий возлюбленный уже скрывался за соседней, и с каждым разом он казался ей пленительнее прежнего. 
   В тоске увядала Найа, живя лишь мечтой и надеждой на то, что однажды Месяц все-таки откликнется на ее любовь. Все ночи напролет проводила она среди холмов, то лежа на залитых лунным светом склонах, то карабкаясь по ним, но Месяц все не соединялся с ней.
   Однажды, когда безумная любовь совсем затуманило разум Найау, она увидела в безмятежном зеркале горного озера искрящийся образ Месяца. И тогда влекомая страстью и безумием, обманутая отражением своего вечно ускользающего возлюбленного, она кинулась в озеро, простирая руки, чтобы обнять наконец божество Луны. 

   Много дней потом в сумрачных лесах бесследно искали пропавшую Найау люди ее племени. Но в те времена боги были милостивы и добры, и потому божество Луны захотело вознаградить девушку за её любовь. Нет, Месяц не вознес Найау на небо, но он превратил её в "звезду вод", преобразив в царственный цветок, таинственную песнь красоты и аромата. 
   Из белоснежного тела девушки возникло дивное растение, в котором чистота любящей души распустилась благоухающим цветком, а боль, терзавшая бедную Найау, стала шипами, охраняющими её покой. Щедрый творец увеличил её кувшинки  чтобы она могла полнее чувствовать нежные прикосновения своего божественного возлюбленного. 
   И теперь ночами кувшинка Найау принимает на брачном ложе недвижных вод лунный свет, эти светоносные ласки божества Луны...