Рождественское чудо для Ваньки Жукова

"Ванька свернул вчетверо исписанный лист и вложил его в конверт, купленный накануне за копейку... Подумав немного, он умокнул перо и написал адрес:

НА ДЕРЕВНЮ ДЕДУШКЕ.

Потом почесался, подумал и прибавил: "Константину Макарычу". Довольный тем, что ему не помешали писать, он надел шапку и, не набрасывая на себя шубейки, прямо в рубахе выбежал на улицу...
Сидельцы из мясной лавки, которых он расспрашивал накануне, сказали ему, что письма опускаются в почтовые ящики, а из ящиков развозятся по всей земле на почтовых тройках с пьяными ямщиками и звонкими колокольцами. Ванька добежал до первого почтового ящика и сунул драгоценное письмо в щель...
Убаюканный сладкими надеждами, он час спустя крепко спал... Ему снилась печка. На печи сидит дед, свесив босые ноги, и читает письмо кухаркам... Около печи ходит Вьюн и вертит хвостом..."

Между прочим, в советских хрестоматиях этот чеховский финал часто отсутствовал, и рассказ завершался по воле методистов-цензоров фразой: «На деревню дедушке». Константин Макарыч не должен был получить письмо внука даже в Ванькином сне.

Очевидно, что советские толкователи Чехова смутно чуяли какой-то нежелательный подвох в чеховском завершении. И отнюдь не случайно.

Рассказ «Ванька» впервые был опубликован в «Петербургской газете» 25 декабря 1886 года, в отделе «Рождественские рассказы». Уже одно это совершенно преображает восприятие чеховского текста.
Ведь на самом деле перед нами сюжет о светлом рождественском чуде.

Использование приёма «вещего сна» отнюдь не редкость в русской литературе. Достаточно вспомнить «Евгения Онегина» и «Гробовщика». Вот и у Чехова реальность рождественского чуда мощно вторгается в реальность художественного текста. Именно поэтому чеховский рассказ заканчивается вовсе не описанием адреса получателя («На деревню дедушке»), не статичным изображением заснувшего Ваньки (и тем более не зловещим описанием его «безнадежной» судьбы, что вообще невозможно в святочном рассказе), а сценой чтения его письма Константином Макарычем. Здесь важно принять во внимание, что действие происходит "сейчас", в настоящем времени, и это дополнительно придаёт ему статус действительно происходящего, а не только возможного события. По-видимому, концовку рассказа следует понимать так, что рождественские «почтовые тройки с пьяными ямщиками и звонкими колокольцами», которые развозят письма «по всей земле», не миновали и деревню Константина Макарыча...

Источник:
Есаулов И. А. «Ванька» А.П. Чехова как рассказ о рождественском чуде.