"Режиссеры и драматурги...

newdrama — 20.09.2010 ...или встреча Магомета и Горы на нейтральной территории"

Сразу скажу: я не драматург, а всего лишь студентка-режиссер. И в последней Любимовке я участвовала только как режиссер одной из читок. Но поскольку ограничений на высказывания в собществе своих мыслей по поводу фестиваля в частности и развития современной друматургии вообще не было, возьму на себя смелость повесить нижеследующий текст здесь (очень длинная фраза). Надеюсь, кому-то это может быть интересно.
Сразу скажу еще: я не собираюсь всю жизнь ставить Шекспира и Чехова, мне интересна современная драматургия, я более-менее в курсе происходящего в это области, так что резкость данного текста - скорее резкость единомышленника, чем оппонента.

Все началось с читок, с так называемого "доковского" формата. Я несколько лет пытаюсь понять, что значат фразы вроде "здесь фестиваль драматургов, самовыражаться - в другом месте", или "актер в читке не должен ничего играть, а должен просто грамотно прочитать", или "здесь не нужна режиссура, надо просто подать текст". Может, я чего-то не отдупляю. Но для меня это все равно, что устроить фестиваль композиторов, собрать разные партитуры - от струнных квартетов до симфоний, позвать дирижеров, выдать каждому по роялю и одному пианисту, и сказать: представляйте! Как можно струнный квартет "представить" с помощью одного рояля, да еще если партитуру дать пианисту за час до выхода на сцену? Да хоть бы и с помощью четырех роялей? А если это современная музыка, где композитору важно, чтобы это был именно, скажем, альт, причем с расстроенной третьей струной, причем играть на нем должны пять разных людей по очереди?...
Заканчивая свою корявую аналогию, вернусь к читкам. Со своего бугра тихо напомню, что театр - это не только слова. И пьеса - это не только слова. И уж тем более не только "актуальная и важная тема". Есть пьесы, потенциал которых раскрывается при правильном и точно найденном визуальном воплощении. Есть пьесы, которые невозможно "расслышать" без идеально точно найденного ритма - и искать его должен режиссер, причем иногда на это уходит много месяцев напряженных репетиций. И "идеально нейтральная" читка такой текст не только не представит, не напрочь похоронит, в лучшем случае - ничего о пьесе не скажет.
Но важно даже не это. Важно то, что "идеально нейтральная читка" вобще невозможна. Точнее, она может существовать только в одной форме - когда текст читает один человек, глазами, с листа, про себя. В любой другой ситуации - при публичном исполнении текста с сцены вслух кем бы то ни было, хоть компьютерной программой - возникает эта самая трактовка, которой "любимовский формат" старается избежать. Текст, публично озвученный, начинает жить по абсолютно другим законам, нежели текст, написанный на бумаге и прочитанный "глазами". Влияет все - выбор актеров, освещение, акустика зала, темп. Просто этот процесс может быть художественным (как минимум - отрефлексированым и продуманным, минимально организованным), а может быть стихийным. Можно позвать каких угодно актеров и режиссера, и надеяться, что читать они будут не Коняку.
Разумеется, можно отказаться от костюмов, света, музыки, репетиций, мизансцен, из года в год звать одних и тех же актеров и режисеров. Но тогда снова возникает ситуация с симфонией и одним роялем - ведь это же абсурд, что Пряжко и Леванова, Привалова и Клавдиева, Стрижак и Мульменко исполняет "один инструмент"! На первый взгляд кажется, что для "нейтральности" в читки нужно звать "околодоковских" актеров и режиссеров - у них нет тех ненавистных штампов, которые есть у артистов "обычных театров", которые насобачились играть Островского, но впадают в шок от текстов Клавдиева, запинаются и орут белгами. Но фиг-то вы решите этим проблему трактовки/ее присутствия - ведь у Ребенок, у Юдникова, у Стама тоже есть штампы, штампы некоего усредненного "артиста для чтения новой драмы", и эти штампы могут здорово попасть в одну пьесу и начисто убить другую. Причем никто даже не заметит, что пьеса начисто убита, ведь слушателям читки на Люимовке так же комфортно и привычо слушать Клавдиева в исполнении Юдникова, как театральным старушкам - смотреть Островского в Малом театре.(Оговорюсь сразу: трое перечисленных - отличные актеры, речь не об этом).
И еще, и далее об этом самом ненавистном "нормальном театре", вообще о ТЕАТРЕ - само слово часто слышишь от "доковского круга" с интонацией восьмиклассника, которого тащат в кудьтпоход.
У меня скадывается твердое ощущение, что все отлично знают - мы не хотим как в театре Ермоловой. Но никто за 10 лет так и не решил - а как мы хотим? Какой театр нам нужен? Я сейчас не говорю о вербатимах, о "чистом доке" - это другой жанр, я туда не лезу. Большая часть пьес на последней Любимовке - это именно пьесы, тексты для драматического театра (азовите как хотите), при всех попытках экспериментировать с формой.
Так почему не проверить эти пьесы театром, не дать возможность режиссерам с одной стороны, драматургам - с другой, зрителям - с третьей хоть на миллиметр увидеть театральный потенциал этого текста? Почему надо ненавидить существующий театр, но не пытаться создать какой-то другой? Тем более, что многое уже создано, и хорошо было - к слову сказать - драматургам смотреть спектаклей побольше, есть записи, в конце-концов, их хоть на той же Любимовке можно показывать иногда (через день, вместо пьянства, смотреть Кастелуччи или Някрошюса - для здоровья полезно)
Почему театр - это обязательно ругательное слово, место, где висят пыльные задники и ходят пожилые артистки в кринолинах? Да сто лет уже не так! Да миллион теаров - не такие! Ок, в России - не миллион. В России есть страшный кризис театрального образования, есть режиссеры, для которых современная драматургия - это Володин, современные художники - это "бубновый валет", а дальше у педагогов "часов не хватило". Так давайте ходить навстречу друг другу, черт подери меня совсем! Мы же все хотим, чтоб через пять-десять лет нынешние студенты, ставшие режиссерами и актерами в театрах, понимали, как работать с современным текстом!

Есть же адекватные педагоги, есть приличные актерско-режиссерские курсы (в том же ГИТИСе) Можно же договориться с руководителем курса за несколько месяцев о том, что его студенты примут участие в читках.
Дать режиссерам пьесы заранее.
Погворить с ними, дать им время прочитать и подумать, еще раз поговорить. Просить их не любить пьесу - маму будут любить и рассказы Паустовского - а именно найти способ, театральный способ, как она может прозвучаь в читке.
Связать их с драматургами.
Ограничить их фантазию, жестко, если надо. Например, ввести запрет на сокращение и изменение текста без согласования с автором. И попросить всю визуальную часть продумать так, чтобы на монтаж-демонтаж, одевание-раздевание уходило не больше 5 минут (вот им простор для выкручивания!) И никаких переодеваний, долгих молчаливых мизансцен, танцевальных номеров и живых собачек.
Да сколь угодно можно ужесточить этот самый "формат" - так даже интереснее. Если у режиссера есть хоть 5 репетиций, никакой формат не помеха.
Не бояться экспериментов. Например, дать один текст двум разным режиссерам, с разным актерским составом (пусть это будет маленький текст, зрителя тоже пожалеть можно). Это же так важно и интересно самому драматургу - понять, насколько пьеса вообще поддается разной трактовке, разному видению!
Обязательно просить и актеров, и режиссера готовиться к обсуждению, говорить о сугубо профессиональных вещах, о проблемах, с которыми группа столкнулась при подготовке читки, об особенностях текста и т.п. Никаких "понравилось-не понравилось", только по делу.

Да сколько всего можно еще придумать, если размышлять и не бояться! Вокруг - не только враги, не только старперы и идиоты, поймите это, миленькие драматурги, критики, организаторы! И нельзя сидеть и ждать, пока мир и театр - что, как мы помним, одно и то же - сам изменится, потому что хрен он сам изменится. И позиция "мы с вами за 15 лет затрахались, вы нас не понимаете, нам в своем подвале хорошо, а вы идите на х..., все умрут, а Клавдиев останется" - это не позиция, это тот самый конформизм, который вы так ненавидите. Не впадайте в него, пожалуйста.

Драматурги и режиссеры не должны сидеть на двух больших арктических льдинах, которые течением относит все дальше друг от друга (Миша, это не к тебе)) "Современный театр - это авторский театр, нам режиссер не нужен, ставьте там своего Чехова, а Пряжко мы сами как-нибудь прочитаем" - это, господа, эпитафия. Смертный приговор. И Пряжко приговор, и театру. Современный драматург и современный режисер должны сочинять современный театр вместе.
Вот.

П.С. Я знаю, пить с Дурненковым и ругать режиссерский театр приятнее, чем смотреть Кастелуччи. Но не все же мед, не все же ложками!

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив