Побыть Львом Маргаритовичем

olga_srb — 07.12.2022 Если вы сейчас не находитесь в больнице, не сидите в поликлинике или не лежите под капельницей, знайте: вы самый счастливый человек на свете. И не пытайтесь оспаривать свое замечательное положение, вытаскивая на поверхность насущные проблемы.

Пока нет прямой угрозы вашей жизни и жизни ваших близких, всё - ерунда.

Всякие «ой, да как это кончится» и «что с нами будет дальше» - сущие мелочи в сравнении с тем, что вы не можете самостоятельно встать с койки.

Для того чтобы об этом вспомнить, в ночь на вторник мне пришлось вызывать «Скорую помощь». И это был тот случай, когда пациента не приходится убеждать в необходимости обращения за экстренной медицинской помощью.


У меня с детства сформировалось трепетное отношение к «Скорой», то есть я убеждена, что терпеть надо до конца и вызывать ее, только когда чувствуешь, что умираешь.

В ночь на вторник я не умирала, но как будто бы уже и не жила.

А ведь ничего не предвещало такого развития событий!

Во всяком случае, так я думала до того, как вчера серьезно побеседовала с доктором. Доктор придерживается иного мнения: всё предвещало и вело к полученному результату.

К счастью, мне хоть не сказали, что «все проблемы от нервов» или «всё идет из головы», ведь свою голову я всегда считала не слабым, а сильным местом (в отличие от шеи).

Вечер понедельника прошел исключительно благопристойно. За тихим ужином последовало чтение (не новостей!), беспечная болтовня с мужем и необременительные домашние хлопоты.

В те четыре часа, что разделяли конец рабочего дня и начало отхода ко сну, я не занималась делами, которые могли бы привести к резкому ухудшению физического состояния, а текущее самочувствие у меня было таким же, как у большинства моих коллег – нечто среднее между «заболеваю» и «выздоравливаю». Чтобы приблизиться к «выздоравливаю», я выпила чай с облепихой, посмотрела кинокомедию, приняла теплый душ и отправилась спать.

В час ночи я проснулась от сильного головокружения. Никогда ранее я не слышала, чтобы окружающий мир вертелся вокруг человека с такой скоростью, причем эта бешеная скорость становилась еще более бешенной при малейшем повороте головы.

Поверьте, это очень скверные ощущения, особенно в сочетании с тошнотой и слабостью. Если у вас их нет, считайте себя счастливчиком и наслаждайтесь каждой минутой.

Когда через четверть часа после вызова в спальне появились две фигуры в синей униформе, я едва смогла открыть глаза, чтобы вступить в диалог.

По степени растерянности я, наверно, походила на героиню Фаины Раневской из «Весны»:

- Кто больной? Я больной, Маргарит Львович. Пардон, Лев Маргаритович...

Синие фигуры оказались милыми женщинами, которые оперативно измерили давление, сделали кардиограмму, анализ крови на сахар и предложили госпитализацию, поскольку ни сахар, ни сердце, ни давление не отклонялись от целевых показателей.

К слову, я не говорила им о своей профессиональной принадлежности и получала помощь, как любой пациент с подобными жалобами.

Причина головокружения была медикам примерно ясна, но, согласно алгоритмам оказания неотложной помощи, они должны были рекомендовать все, что рекомендовали.

Никакой спешки в их действиях не было, что создавало ощущение попадания в надежные руки, хотя я понимаю, что врач не торопится не только при уверенности в благоприятном исходе, но и просто так.

После всех диагностических манипуляций мне разрешили закрыть глаза и сделали внутривенную инъекцию, а затем повторно посоветовали поехать в больницу.

Я ехать не хотела, поскольку больничной обстановки мне с лихвой хватает на работе. Да и в какую конкретно больницу повезут, известно не было. А вдруг далеко от дома? Далеко от дома я не люблю. И вообще я хотела не в больнице лежать, а пресечь головокружение.

Поскольку медики очень настойчиво предлагали госпитализацию, а я не менее упорно от нее отказывалась, в итоге мне пришлось признаться, что я работаю в больнице, и пообещать сделать капельницы без отрыва от производства.

Как раз к этой минуте введенное внутривенно лекарство начало действовать, и мы распрощались.

На память осталась кардиограмма.

Я очень благодарна врачу и медсестре, прибывшим на вызов. Они не были неестественно милы или демонстративно учтивы, но сделали все, что положено – без лишних слов, без желания угодить клиенту.

Я уверена, что работа на «Скорой» - одна из самых напряженных. То, что сейчас от медицинских работников требуют улыбаться и расшаркиваться – абсурд. На мой взгляд, им вполне достаточно профессионализма, а улыбаться и расшаркиваться могут швейцары у входа в казино.

Когда кружение мира замедлилось и постепенно почти прекратилось, мне удалось уснуть.

Какое блаженство - открыть глаза и увидеть неподвижную картинку!

Даже если просыпаешься без чувства нормальной утренней свежести и с отвращением вспоминаешь прошедшую ночь.

Возможность встать на ноги и ощутить твердую, а не уплывающую в неизвестном направлении, поверхность – как же это важно и приятно.

Я решила не давать своему болезненному состоянию шансов задержаться надолго, и утром отправилась на работу. Позже обычного, но - категорически отвергнув возможность «отлежаться».

Когда я вышла на финишную прямую (последний отрезок пути начинается от здания церкви), я чувствовала себя счастливой – сама иду и не куда-нибудь, а на работу.



А нарядный вид ели придал мне еще больше сил и бодрости.



Нет, я не прочь поваляться в перинах в отличном самочувствии, но вылеживать болезни мне совсем не нравится.

Обещание, данное ночью скорой помощи, я сдержала: показала коллегам кардиограмму, получила рецепт и потратила пятнадцать минут на внутривенное лечение.



Кстати, если вы обучены расшифровывать эти каракули, то можете убедиться, какое у меня доброе сердце.



Мне надо выздороветь до очередного отпуска, поскольку, как вы помните, «с такими нервами» в отпуск уходить нельзя.

Отпуск – это самая ответственная часть жизни работника, и подойти к ней надо бодрым и уверенным шагом.

Так что я теперь как порядочная принимаю пилюли и радуюсь, что меня не увезли в больницу.

Ну, что бы я там делала целый день из-за пятнадцатиминутной процедуры?

Занимала чью-то койку, ела чью-то кашу?

А кто бы за меня работал? Да что там работал – кто бы за меня ходил в кино и гулял?

Не желаю менять такие шикарные виды на больничные коридоры.



Пока здоровье позволяет, продолжу лечиться амбулаторно.

Будьте здоровы, друзья!

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив