Открыли Америку
ottikubo — 12.01.2017
Лет пятнадцать назад Леву послали в Чикаго на конференцию по
радиотерапии. Поселили нас в Скокки - скучном районе, не отличимом
от такого же района в любом другом городе мира. Кто смотрел "Иронию
судьбы", поймет. В первый вечер мы слонялись по похожим кварталам,
надеясь найти продуктовый магазин и купить чего-нибудь на ужин и
завтрашний завтрак. Привыкли выпить вдвоем чаю с чем-нибудь
вкусненьким - какой-нибудь эдакий сыр - вы меня понимаете. Салатик.
Рыбка... ну и ма-аленькое пирожное, уже с самим чаем. И в Европе
как-то всегда в этом преуспевали. Мы пытались расспрашивать
прохожих, и каждый раз по их наводке выходили к каким-то тусклым
заведениям общепита. В конце концов наша настойчивость дала плоды,
и мы обнаружили огромный супермаркет. Магазин, как магазин - ничего
особенного. Вдоль стен стеллажи - все, что можно съесть,
расфасованное по маленьким баночкам, коробочкам и пакетикам. А в
середине зала - большие поддоны с чем-то чудовищным.
Вероятно, это можно назвать овощами.
Таблички извещали, что метровой длины толстенные полосатые палки
называются огурцами и стоят по двенадцать долларов за штуку.
Помидоров мы тоже не признали в лицо. Яблоки, на какие Адам
не польстился бы. Какие-то подозрительные колючие шишки - не питайя
и не личи, а черт знает что! Клубника... Ну, допустим, это можно
было назвать ягодами... Короче говоря, мы купили свой ужин и съели
его без удовольствия. Вкус продуктов вызывал в памяти забытое
слово папье-маше. Назавтра Лева отправился на конференцию, а я
в Чикаго. Центр был изумительным! Огромный, роскошный,
столичный, совсем особенный. Две проблемы мешали мне наслаждаться
жизнью: тот язык, на котором они говорили, я не понимала. А то, что
я считала английским вызвало насмешки у водителя автобуса, когда я
спросила, где лучше выйти. И я ужасно боялась потеряться в огромном
городе и больше никогда не найти Леву и нашу блеклую гостиницу с
остатком огурца в холодильнике. Все же я пошла в музей -
замечательный Чикагский музей искусств, побродила по городу. В
холле огромнейшего неописуемо прекрасного небоскреба начинался
аукцион. Я осмотрела лоты и их начальную цену. Ни один из этих
предметов не был мне нужен. И я не могла представить человека,
который бы им соблазнился. Потрясенная увиденным, вышла на площадь
и поняла, что остановки нужного автобуса мне не найти никогда в
жизни. Волнуясь, я остановила такси. Тут меня ждал приятнейший
сюрприз. Водитель говорил по-английски. На том языке, где th
произносится, как "з". Мы сразу почувствовали себя родными. И
правда - он был палестинцем из Газы. Мы сладко поговорили: он о
том, что его жена и дети заперты нашими войсками в Газе и ему
невозможно с ними встретиться; я о том, что моя восемнадцатилетняя
дочь вынуждена служить в армии, вместо того, чтобы учиться, бегать
в кино и секретничать с подружками. Беседа получилась очень
душевная. Расплачиваясь, я выслушала его пожелания мира, и сама
пожелала ему того же. Расстались добрыми знакомыми, почти
приятелями.Мы еще покатались по Америке, съездили к друзьям, с которыми не виделись много лет. Побывали в Сан-Франциско, в Нью Йорке...
Лучшие города Америки прекрасны, как
Флоренция или Париж. Три вещи категорически отличают их от
европейских - гнусный кофе, невнятный хлеб и фрукты пластмассового
вкуса. Да ведь не хлебом единым жив человек. Мы уезжали в
восторге от того, что увидели.В аэропорту, откуда мы вылетали домой, всем пассажирам раздавали какую-то информативную бумажку о правилах безопасности. Каждому - на своем языке. Множество бумажных стопок лежало на стойке. Французам давали по-французски, немцам - по-немецки. У нас полненькая черная девушка за стойкой спросила, откуда мы приехали. Мы сказали: "Из Израиля!". Она обратилась к другой, такой же толстушке, но с множеством косичек. Та презрительно ответила: "Ты что, не знаешь? Израиль - это где Иерусалим! На каком языке говорят в Иерусалиме?" Первая понимающе кивнула и выдала нам две бумажки, напечатанные изысканной арабской вязью
|
|
</> |
УЗИ простаты и ПСА - в чем разница и зачем нужны оба метода 
