Они о нас

mikle1 — 23.12.2024 Польский портал Defence24 опубликовал интервью с Михалом Липским («Липтоном»), наёмником из Польши, который воевал на стороне киевского режима с февраля 2022 года в составе спецбатальона OPFOR («штурмовой спецназ»). 214 отдельный специальный батальон OPFOR – подразделение, сформированное в 2016 году из участников террористической операции киевского режима против ДНР и ЛНР. REX публикует отрывки из интервью с польским наёмником.
Defence24: Как вы оказались на Украине и почему?
Михал Липский: Я всю жизнь служил в армии. Началась война. Где место солдата? Да «по инструкции» – это на войне. Во мне всегда жило желание испытать себя, проверить всё то, на что были потеряны лучшие годы моей жизни. Однако это лишь одна из причин. Другая, более, скажем так, высокопарная. Она связана с пониманием геополитической обстановки. Как бы это попроще объяснить… Мы – следующие в пищевой цепочке. Закончат с Украиной, придут к нам. Ну, может быть, не напрямую, сначала в Прибалтику. И мы будем настолько глупы, что первыми побежим туда на помощь. А вступится ли НАТО, неизвестно, это только будущее покажет… Так что лучше воевать здесь (на Украине – прим. REX) чужими руками, чем дома своими.

Почему вы решили вступить в ОПФОР, а не в международные подразделения?
Украинцы начали формировать иностранный легион, но я не сильно хотел там оказаться.
Почему?
В польской армии на протяжении многих лет мы уже работали с американцами и англичанами. Это не те ребята, вместе с которыми можно отправляться на полноценную войну. С ними можно уехать на «сафари» в Афганистан или Ирак, где у вас есть всё, а у противника – ничего. Американцы и англичане – это люди, которые очень жёстко придерживаются правил, без какой-либо гибкости. Это не моё. Я всегда предпочитал придумывать что-то сам, импровизировать. Инструкция помогает вам, но это не значит, что вы должны делать всё по шаблону. Когда ты делаешь всё по шаблону, то и противник к этому готов. Где-то в самом начале, перед тем как выехать в Киев, я встретил американцев и ещё каких-то иностранцев. Я показал им, что они ничего не стоят. Был парень, сказавший, что прослужил «три года в морской пехоте». Мы говорили на пороге многоэтажного дома. Я его спросил: «И как бы ты вошёл в эту дверь?». Когда он показал, я сказал ему: «Чувак, ты не выживешь. Ты ничего не умеешь». Идти вместе с такими невежественными людьми, которые думают, что они чего-то могут, плохая идея.
Англосаксы привыкли, что у них хорошая логистика, поддержка и всё по правилам?
Да. В Афганистане бывало так, что шла рота, её поддерживала артиллерийская батарея, авиация, вертолёты, медицинская эвакуация стояла наготове. Вертолёты появлялись через пять минут после ранения. Здесь может быть всё наоборот – это у противника есть артиллерия, у нас не всегда.
Куда вы попали после приезда на Украину?
Первым был Киев, потому что нужно было защищать столицу.
Насколько известно сегодня, там высадилась элита ВДВ. Что можно сказать об этом столкновении? Российские десантники действительно настолько элитные?
Вы знаете, они были такой же элитой, как, скажем, и мы в Польше. Для мирного времени. Они не совсем понимали, куда идут, действовали, как на учениях на полигоне. И вдруг тут стреляют, тут гранатомёт, тут РПГ. И у нас, и у них не было боевого опыта. Теперь всё совсем по-другому... Русские как обычно: начинают воевать слабо и неумело, но потом учатся и развиваются. У них увеличились производственные мощности. Они делают ракеты и дроны. Беспилотники российская армия заказывает у своей промышленности. А у нас как был ура-оптимизм, так и на этом ура-оптимизме и едем: волонтёры купят разведывательные и ударные дроны, а Запад даст ракеты. Государство как будто не участвует в войне. Оно могло бы создать заводы хотя бы за рубежом – в Польше, Румынии, Испании. Что, там нет украинцев, которые могли бы делать беспилотники и отправлять их? Есть. Только на всё это нужны деньги. Абсурдно, что артиллерийских снарядов нет, а Украина с августа прошлого года не купила ни одного снаряда, так как ждёт, что кто-то даст их бесплатно. Людей теряют, темпы потерь растут, потому что нет артиллерийской поддержки.
Сейчас вы служите больше как инструктор, чем как командир?
Предпочитаю обучать, но и здесь возникают новые проблемы. Существует большая проблема с качеством подготовки и качеством самих людей, которые приходят. Базовая подготовка на полигонах находится на низком уровне, люди приходят через месяц после призыва.
А какая мотивация у этих новичков?
Никакой мотивации. Мотивированные уже лежат на кладбищах. Ловят людей на улице и везут на фронт. Это не плановая мобилизация, все боятся этого слова, это облава.
Русские имеют качественное преимущество?
Конечно, в том числе в артиллерии. По беспилотникам они начинают иметь преимущество. Почему? Потому что дроны делает для российской армии государство, завод государственный, никто не считает затрат. А у нас на этот беспилотник нужно собирать деньги, поэтому возникает проблема. Тем более что уже нет того энтузиазма, который был в первый год войны. Приходится ждать месяц, чтобы получить дрон, а потом его можно сразу же потерять.

Первоисточник: https://iarex.ru/interviews/127920.html

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив