О пациентах

taffy729 — 05.03.2020

Приходила пациентка, как две капли воды похожая на Мартина Фримена. Я всё ждала, что она сделает что-нибудь хоббичье, ан нет, не сделала. Приятно было думать о ней, как о Белладонне Тук, проживающей в свободное время в уютной круглой норе.

Был полковник запаса. Так и представился: такой-то, полковник запаса. Я не удержалась и спросила, полковник чего. - Что вы изволите делать, королева?! — отчаянно, но беззвучно вскричал внутренний Коровьев, — получится затор! Полковник оказался специального назначения. Ему разрешили поговорить (хотя вообще-то не положено), и он рассказал, что в Грозном при Союзе было нормально, а потом стало хуже и, главное, он семью успел вывезти. (Полагаю, когда на Страшном Суде полковника спросят, что хорошего он сделал в жизни, он упомянет этот факт в первую очередь.) Рефрен про семью повторялся через каждые два-три предложения, а я всё думала, каково это, когда ты сидишь с детьми вывезенная, а твой полковник, значит, где-то там, потому что у него специальное назначение, а у тебя обычное домашнее.

Работа моя подразумевает, в частности, пресечение нежелательных действий со стороны пациентов. Поубавилось желающих прочитать длинные стихи в разгар операционного дня и всё про рыб - а что поделать, память уже не та у людей. Но есть ещё тётки с конвертами (отголосок какой-то очень плохой медицины), которые свято убеждены, что операционная - самое лучшее место для вручения доктору оного конверта. Тётки с конвертами - это истинный головняк. Я не могу впустить её с этим конвертом в операционную (потому что она непременно попытается ткнуть им в стерильного хирурга) и не могу оставить конверт в предоперационной (потому что в случае пропажи ответственность повиснет на мне); карманов у неё нет, а назад в палату нести своё добро она не хочет. Ну хорошо, давайте спрячем это вот здесь (смотрите - вот здесь.), а на обратном пути заберёте.

И ещё бахилы. Большинство пациентов, выходя из операционной, тут же пытаются снять бахилы. На скользком полу, с завязанным глазом, стоя на одной ноге. Я вообще не знаю, зачем они это делают - разве что в пираты готовятся поклялись лёгких путей не искать. Неудачное падение может свести к нулю успех самой удачной операции (не говоря уже о других богатых перспективах неудачного падения) - именно поэтому я сдаю пациента с рук на руки постовой сестре, несмотря на то, что он отбивается и бурчит, что сам пойдёт. Если его отпустить, он немедленно начнёт снимать бахилы - возможно, думая, что использованные бахилы представляют собой некоторую ценность, и его будут ругать, если он их не сдаст. А ежели ты свежеоперированным глазом об косяк приложишься, это, конечно, намного лучше.

Ну, и классический, хрестоматийный 160 на 90 - после того, как ему в отделении АД уже снизили. От давления что пьёте? Ничего, так-то у него давление хорошее (врёт, не мерил никогда) а это просто курить выходил, да по лестнице поднимался, да разговаривал, вот оно и поднялось. Деликатно намекаю, что в жизни более чем достаточно лестниц, перекуров и разговоров. Товарищ впадает в задумчивость и пребывает в ней в течение всей операции. На прощание напоминаю ему, что давлением надо заняться.- Ээ..ну, это таблетки какие-то? (В глазах надежда, что вотпрямщас я скажу ему, какие. И отсыплю.) Нет, это к кардиологу. А кардиолог уже вам подберёт. Мотает головой: сойдёт и так. К кардиологу ему лень и скучно.

А потом в этих ваших интернетах кричат про мужчин, не доживающих до пенсии. Вот потому и не доживают. К кардиологу ж идти надо, может, даже и кардиограмму снимать. А потом ещё тонометр купить. А потом ещё им мерить. Нет уж, мы уж так уж как-нибудь.

Оставить комментарий

Популярные посты:

figunet

Обзор швейцарских часов: параметры механизмов Rolex, Omega и Patek Philippe

• Ранее
• Архив