![](/media/images/top/preview/icpicslivejournalcommaxdianov39468878199930199930_600.png)
Норвежский торговый флот - один из факторов мировых войн. Часть I
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Для начала по традиции об авторе, который является очень примечательной личностью, и мотивах появления его книги.
![Норвежский торговый флот - один из факторов мировых войн. Часть I Норвежский торговый флот - один из факторов мировых войн. Часть I](https://ic.pics.livejournal.com/maxdianov/39468878/199930/199930_600.png)
Генерал-майор армии США в отставке (с 2002 года) Кеннет Привратски.После обучения в колледже Восточного Вашингтона (ныне это университет штата), в декабре 1969 года получил назначение офицером в Транспортный корпус армии. Однако сразу загремел во Вьетнам, командиром пехотного взвода. Затем служил в 82-й воздушно-десантной и 101-й десантно-штурмовой. В 1972 возвращается в США и начинает успешную карьеру военного логиста. Прошёл строевые должности командира батальонов передовой поддержки и материально-технического обеспечения. В 1992 году он уже "зампотыл всея Аляски", в 1996 отвечал за всю логистику армии США в Европе, в 1999 году возглавил Командование военных перевозок армии США ( аналог нашего Центрального управления военных сообщений, ВОСО). Обладатель множества наград, учёных степеней, почётных нашивок спецвойск, занесён в зал славы Агентства оборонной логистики. После выхода на пенсию сразу стал топ-менеджером крупнейшей на Аляске судоходной компании (осел с семьей в Анкоридже, хотя и он и жена Кэти вашингтонцы), в настоящее время вроде бы топ-менеджер морской биржи Аляски. В 2016 году написал книгу "Логистика Фолкленд: практика ведения экспедиционных боевых действий". В общем специалист высочайшего класса. Дальше больше. Привратски наполовину норвежец - его мать 100% норвежка, её родители эмигрировали из Кристиансанна в США в 1900 году. Мало того, они принадлежали к очень древнему роду, история которого прослеживается с 10-го века и потомки этого рода до сих пор широко представлены в Кристиансанне. Мама воспитала Кена в большой гордости от этого факта, но окружающим, по его же признанию, это приходилось всегда объяснять лично, так как разумеется никто не мог разглядеть в человеке по фамилии Привратски потомка викингов. Ибо папа Кена, давшим ему фамилию, был украинцем. Своих двух дочерей генерал назвал кстати норвежскими именами - Кайли и Эрика, последняя разработала карты для его книги.
В начале 2016 года один из норвежских кузенов Привратски пригласил его принять участие в праздновании самого значительного праздника Норвегии, Дня Конституции. 17 мая 2016 года генерал Привратски со своими норвежскими родственниками прошёл в торжественном шествии в Кристиансанне, возложил венок у мемориала павшим в годы войны морякам и произнёс по этому случаю подобающую речь. К своему выступлению Привратски начал основательно готовиться ещё в Штатах и сразу обнаружил два факта. Во-первых он понял, что хотя считал себя очень подкованным в истории Второй мировой и участии норвежцев в ней, по поводу роли основного "пахаря" - норвежского торгового флота ему нечего сказать, кроме самых общих фраз. Решив углубиться в вопрос, генерал обнаружил второй неприятный факт - на английском языке современных и даже не очень исследований, практически не существует. Единственное, что он нашёл и приобрёл на "развалах интернета", это книгу писательницы Норы Слокам "Морская сага: моряки норвежского торгового флота во Второй мировой войне"., которая вышла в 1969 году, как раз когда молодого лейтенанта Привратски отправили во Вьетнам. Мало того - книга Слокам оказалась компиляцией антологии "Тысяча норвежских кораблей" и других рукописей норвежской журналистки Лизы Линдбек, опубликованной в Нью-Йорке аж в 1943 году. Там по сути были собраны рассказы и истории оторванных от родины моряков, которые репортёр тщательно собирала с 1940 года. Предисловие было написано Ольвиндом Лоренценом, директором нью-йоркского отделения организации "Нортрашип" - по сути такого министерства судоходства Норвегии в изгнании, со штаб-квартирой в Лондоне. Привратски ничего не знал о "Нортрашип", но делать было нечего и вооружившись этими скудными данными, цитатами Черчилля и тому подобным, отправился в Норвегию.
Однако он зря волновался. Когда генерал произносил свою прочувствованную речь у мемориала павшим морякам в Кристиансанне, рассказывая о жертвах, о вкладе в битву за Британию, когда половина нефти в Англию перевозилась норвежскими танкерами, он заметил, что "поколение снежинок" и даже многие норвежцы постарше смотрят на него квадратными глазами, и явно "были не в курсе". Дальнейшее общение в ходе празднеств подтвердило этот удивительный (нет) факт - современное поколение и не только, ни хрена не знают истории своей страны и о её конкретном вкладе в ходе величайшей войны человечества. Генерал сделал верное умозаключение, что если такова ситуация в Норвегии, то за её пределами всё вообще полностью глухо. Сердце старого полувикинга не могло этого выдержать и он решил взять эту благородную задачу на себя. Привратски обнаружил, что собственно местных научных исследований и материалов по этому вопросу более чем достаточно, но известны они только весьма узкому профессиональному кругу. Дело оставалось "за малым" - вооружиться всеми этими исследованиями, перевести их, обработать, осмыслить и родить крепкий научпоп для широкого круга читателей.
Кен Привратски честно признаётся, что эта работа вытрепала нервы всей его семье, а он сам изматерился переводя с родного норвежского на родной английский, но всё-таки победил и сдал труд. В конце предисловия, после выражения благодарностей и перечисления источников, генерал написал очень хорошие слова, которые делают ему честь и как писателю и как человеку: "Немногие книги свободны от ошибок и я надеюсь эта не станет исключением. Все фактические ошибки, неверности перевода или интерпретации являются моими и только моими."
А теперь по традиции тезисно о том, как развивался норвежский торговый флот до Второй мировой войны.
- Опуская древние времена викингов, вплоть до конца 19-го века, Норвегия были диким захолустьем Европы, у которого было всего два ценных ресурса - лес и моряки. Все пароходостроительные и железосудостроительные бумы прошли мимо неё, так как и железо и уголь были дороги для норвежцев (и это несмотря на личную унию с Швецией, которая на экономику, да и остальное не особо влияла). В порядке вещей были судоходные или рыболовные компании, созданные родственниками или соседями, обладающие парой-тройкой парусных судов и всё. Совершенно обычной была ситуация, когда компания состояла из одного судна, где директор и владелец был капитан, а его жена - бухгалтер. Так и плавали вместе. Норвежцы заняли в Европе нишу "трампового" (бродяжного) судоходства, беря дёшево любые грузопассажирские чартеры куда угодно, куда разрешают англичане. Расширения европейских колониальных империй, которые уже "не вывозили" национальные торговые флоты, открыли им дорогу в океан. Знаковой вехой была отмена королевой Викторией ещё кромвелевского Навигационного акта в 1849 году;
- Буквально сразу пошли джекпоты. Первым была Крымская война. Франции и Великобритании понадобилось огромное количество грузоперевозок, как на театр военных действий, так и в качестве замещения отечественных зафрахтованных судов. Потом золотая лихорадка в США, когда резко возрос спрос на рейсы вокруг мыса Горн к западному побережью Америки. Норвежцы снова выступили "лоукостерами", не только не вкладываясь в регулярные судоходные линии, но и скупая дёшево старые парусные суда по всей Европе, в первую очередь у соседей-униатов шведов. В результате к 1870 году норвеги стали обладать третьим в мире торговым флотом, а население по сравнению с началом века увеличилось в 2 раза - до 2 миллионов человек. Впервые было отмечено "процветание" нормальных слоёв общества;
- Глобальные финансисты разумеется такого не стерпели, устроили разные спекуляции и в 1873 году произошёл мощнейший кризис фондового рынка, разорения и т.д., в общем Леман бразерс - 0.1. Нищета и эмиграция, сотни тысяч норвежцев уехали в поисках лучшей жизни, в основном в США. Индустриализация проходила мимо Норвегии, только в самом конце века, в ней начали вкладываться в пароходы, и то она оказалась на шестом месте с 2% пароходов мирового тоннажа. Великобритания в это время держала 74%. Из-за недостатка средств норвежцы по прежнему демпинговали на всём "мусорном" судоходстве со своими парусниками. Все вкладывались в регулярные линии ( уже пошли и танкеры с перевозками нефти), но норвежцы по прежнему упорно держались за родное дешёвое дерево и навыки. Благодаря этому и небольшому населению, они хоть и скатились к 1900 году на 4-е место по торговому тоннажу - 3325 судов, из них только 50% собственно океанских, морской ВВП был вроде зашкаливающим - норвежцы перевезли 1225 тонн на одного норвежца, англичане 667 тонн на англичанина, немцы 96 тонн, американцы 63 тонны;
- В 1905 году произошёл разрыв унии с Швецией. Здесь нужно отметить один момент - весь 19 век норвежцы рефлексировали, что оказались на проигравшей стороне, тобишь Наполеона. Да, да, из-за унии с Данией, в результате проигрыша союзников Напа, их типа и "пристегнули" к "победителям" шведам. Нам этого не понять, но там всё это серьёзно обсуждалось и так как ПМВ вырисовывалась неиллюзорно, было принято твёрдое и рациональное решение быть в будущем замесе нейтральными и жить кем были и по возможности рубить деньги. В 1908 году норвежское правительство крупно вложилось в нефтяное месторождение на Ближнем Востоке, по сути став контрольным акционером будущей Бритиш Петролеум. Это положило основу вложения норвежцев в танкеры. К началу ПМВ, несмотря на торговый флот в 8000 судов, общим тоннажем 50 миллионов тонн, Британская империя в случае крупного европейского конфликта уже не могла полностью обеспечить свои потребности, без привлечения крупных нейтральных флотов. С началом войны оказалось, что Британии необходимо реквизировать треть своего торгового флота для военных нужд;
- Мировая война немедленно поставила норвежцев на шпагат. Англичане уже в 1914 году заявили, что конфискуют любое норвежское судно с китовым жиром, направляющееся в Германию. В это время товарооборот норвегов с Британией составлял 25%, а немцам они в промышленных масштабах гнали пирит, необходимый для получения серной кислоты и в дальнейшем взрывчатых веществ. Сперва англичане заставили норвежцев (да и остальных) выполнять фрахты по империи, только для того чтобы получить бункеровку углём, так как нейтралам просто больше негде было получить уголь. По мере того, как мировая война и потери тоннажа росли, норвегов начали прессовать по принципу " вы с нами или против нас". Особо суровой зимой 1916-1917 годов англичане запретили лицензии на экспорт угля в Норвегию. Норвежцам пришлось топить собственным лесом до февраля 1917 года, когда они отказались от поставок пирита в Германию ( Привратски пишет про "катастрофические последствия и страдания", но здесь я не силён, хотя понимаю, что лес и уголь это конечно две разные вещи, особенно если существует устоявшаяся логистика и процесс производства). До этого времени норвежское правительство пыталось маневрировать, перекладывая всю ответственность и риски на собственно компании. Но после вступления в войну США, прессовка пошла в полный рост - в обмен на 250000 тонн угля в месяц, норвежцы согласились предоставить Союзникам 130 грузовых судов;
- Немцы в свою очередь с 1914 по 1918 год уничтожили 177 только норвежских парусных судов, что составило половину "океанского парусного тоннажа" Норвегии. Всего в ходе войны норвежцы потеряли 829 судов, что также составило 50% её всего океанского тоннажа. 558 судов было потеряно непосредственно около Британских островов. Норвежцы подчеркивают, что они потеряли больше всех: французы 40% тоннажа, англичане 38%, а американцы 7% торгового тоннажа;
- после войны немедленно начались разборки, кем была Норвегия - "великим нейтральным союзником" или "великим нейтральным пособником". Человеческие потери моряков в 2100 человек сразу отметались априори всеми сторонами, а вот прибыль судовладельцев в 3,5 миллиарда крон, несмотря на все их потери, была неоспорима. В январе 1918 года по этому поводу (не прибыли, а факту неравенства доходов) состоялись массовые демонстрации населения;
- Привратски не только не скрывает, но и подчёркивает, что в первые послевоенные годы норвежские судоходные магнаты, путём спекуляций скупили множество судов и захватили огромные рынки - а самое главное получили средства для вложения в дизельные и линейные быстроходные суда. Громадный военный профит ПМВ привёл наконец к рывку и переоснащению торгового флота Норвегии и его выходу на регулярные линии. К 1939 году 60% норвежского торгового флота стали дизельными и быстроходными - у англичан к этому времени этот показатель составлял 25%, у американцев 10%. Здесь нужно добавить, что на 1939 год Норвегия внезапно (тм) стала обладателем флота из 272 танкеров, из которых 84% процента были новейшими и дизельными, что сразу вывело её на первое место, хотя по количеству танкеров она занимала только пятое место ( при этом собственно тоннаж превосходил не только британский, но и на миллион тонн американский). То же касалось и специальных рефрижераторных судов ;
- Как я (М.Д.) упоминал уже в своих статьях (на варспоте), ; англичане к Второй мировой войне готовились и планировали серьёзно, без дураков, во всех аспектах - они реанимировали конвойную службу и подготовку конвойных коммодоров, спланировали и оживили аварийно-спасательную службу, полностью разваленную после ПМВ. Неудивительно, что и расчёты по собственным силам и необходимости привлечения нейтралов, к торговым перевозкам у них уже были. Поэтому, как только началась Вторая мировая война и Норвегия снова оказалась "на шпагате", там уже всё было готово. Но об этом во второй части.
|
</> |
![](/media/images/top/preview/icpicslivejournalcommaxdianov39468878199930199930_600.png)