Мультяшка

Несколько месяцев бездомную девушку почти ежедневно можно было встретить в центре Петербурга. В одежде с чужого плеча она или пряталась в кустах у Казанского собора, или сидела на ступенях у финской церкви, или бесцельно бродила по Невскому проспекту. Прохожих она одаривала открытой белозубой улыбкой и пристально смотрела людям в глаза.

«Имя Мультяшка к ней приклеилось потому, что, когда смеется, очень напоминает персонажа из мультфильма про девочку с медведем, — объясняет Володя Роденков, работающий садовником в Казанском сквере. — Настоящего имени, как и ничего о ней, до этого сентября никто не знал».

Владимир одним из первых заметил спокойную, добрую, но очень странную и нелюдимую девушку.

«Увидел я ее еще весной, — продолжает мужчина. — От публики, тусующейся на паперти собора, она отличалась и походкой, и цветом лица, и всем поведением: всегда аккуратно подбирала за собой даже фантик, не пьет, не курит. Часто видел ее читающей газету, а потом кто-то всучил ей Библию».

«Хотя у нас сложились вполне доверительные отношения, на контакт бродяжка совсем не шла, ни на один вопрос не отвечала, — сетует садовник. — Еду ей покупали сочувствующие прохожие. Но я переживал: пройдет лето, впереди зима, которую она, ночуя под открытым небом, не сможет пережить».

Не придумав ничего другого, Владимир написал о девушке, живущей на улице, в фейсбуке: «Целесообразность этой публикации здесь, конечно, сомнительна и, может быть, неуместна, но вдруг привлечет внимание человека, который понимает, что в таком случае можно сделать и чем помочь?.. Где еще разместить информацию и фото — я не знаю, не в полицию же с ними ходить».

«У меня нет денег»

Пост в фейсбуке прочла художница Анна Абрашина, которая тоже встречала Мультяшку на улице. Окна ее мастерской на Невском проспекте выходят на Казанский собор, на работу ходит через Казанский сквер.

«Впервые я встретила эту незнакомку поздней весной на Малой Конюшенной, — рассказывает Анна. — Она очень обращала на себя внимание. Представьте: идет человек, улыбается всем лучезарной улыбкой и смотрит в глаза. Девушка к тому же выглядела странно: стоял жаркий день, а она была тепло одета. После я еще несколько раз ее видела — она уже выглядела очень неопрятно. По состоянию поняла, что со здоровьем у нее не все в порядке. Потом узнала, что она живет на улице, прямо в кустах в Казанском сквере. Спала на голых ветках, как птица. Сначала лежа. Когда ночи стали холоднее, сидя, сжавшись в комочек. К утру это выглядело жутко. Она была в полном анабиозе, когда я по утрам приносила ей еду и горячий чай. Все это время Мультяшка не разговаривала со мной, а потом неожиданно заговорила.

Накануне лил дождь, а на ней были тряпочные кеды. Я пришла, она в этих кедах, насквозь мокрая, кругом сыро, холодно ужасно. А у меня в мастерской стояли новые зимние ботинки сына, он их поносить не успел — нога выросла. Принесла их девочке: «Это тебе, пойдем, на скамейку сядешь, переобуешься». Она стоит, смотрит на ботинки, видно, что ей хочется их, но не берет. Долго глядит, потом отводит взгляд в сторону. Я ей говорю: это подарок, бери, пойдем переобуемся. И тут первый раз слышу ее голос — детский и тонкий: «У меня нет денег». Я чуть не разревелась, когда она это сказала, когда я услышала, что она вообще разговаривает».

«Дальше было смешно, — продолжает художница. — Я говорю: это подарок тебе, не надо никаких денег, просто так бери. Она отвечает: «Нет-нет, я вижу, это дорогая вещь, у меня на них нет денег». Полезла в карман, зазвенела мелочью: «У меня есть пара копеек». Думаю: ну всё, надо продавать эти ботинки! Соглашаюсь: давай, сколько там у тебя есть. Она достает мелочь. Я отсчитываю шесть рублей: всё, этого хватит. А у меня из мастерской видно скамейки в Казанском сквере. Она сидела там целый день и как ребенок любовалась на эти ботинки. Поднимет ноги, повертит, опустит на землю, опять поднимет… Другие вещи в дар (куртка, шапка, шарф, перчатки, носки) Мультяшка потом уже принимала легче».

Найди меня

«Я понимала, что потеряшку должен кто-то искать, — говорит Аня. — Но как это выяснить, ведь я даже имени ее тогда не знала».

Она позвонила в «Ночлежку» и в Мальтийскую службу помощи, но психические расстройства — не профиль этих организаций. Затем по совету друзей обратилась в «Лизу Алерт» и в фонд «Новые возможности» (первая и единственная в стране Общероссийская общественная организация инвалидов вследствие психических расстройств). Но ни там ни там не смогли помочь. Анна написала петербургскому уполномоченному по правам человека, в полицию, на горячую линию горздрава, неоднократно вызывала скорую помощь. Сначала медики даже не выходили из машины: их отталкивали грязная одежда и запах. Но пару недель назад девушка нашла приют в финской церкви на Большой Конюшенной, где ей дали помыться, переодеться, привести себя в порядок. Однако и из церкви врачи отказались увозить бездомную в больницу:

«А потом Володя Роденков сфотографировал Мультяшку, выложил фото в фейсбуке, — рассказывает художница. — Я ввела его в поисковик по картинкам, и, перелистав больше ста страниц, увидела скриншот статьи: «Молодая женщина пропала в Нижегородской области, найдена в Санкт-Петербурге». Я стала искать по этой фразе. Нашла еще одну статью, где было написано, что это Елена Котова, 7 января 1994 года рождения, из Нижегородской области. Я позвонила в «Лизу Алерт», сообщила диспетчеру о ситуации, мне пообещали: «Наши волонтеры с вами свяжутся». Но я продолжила копаться и отыскала информацию о Лене на сайте нижегородского поискового отряда. Связалась с ними. Мне ответили: «Да, мы ее искали, но сейчас на нее нет заявки».

Была ночь, но я долго не могла заснуть. Думаю: я же знаю уже, как ее зовут. Есть соцсети. Можно не ждать, а просто искать. Набрала ВКонтакте Елена Котова, название села в Нижегородской области, где она жила, и тут появилась другая Елена Котова. Взрослая женщина, но на ее страничке я увидела фотографии нашей Лены. Понимаю, что это ее мама. Написала ей сообщение. Утром женщина мне позвонила».

Елена Котова-старшая подтвердила, что найденная девушка — ее приемная дочь (у них многодетная семья). У нее психиатрический диагноз. Из дома она уходит не в первый раз. Без помощи специалистов родителям с ней не справиться.

В конце сентября Анна Абрашина подытожила в фейсбуке итоги своих мытарств, никого конкретно не называя: «Я специально не пишу ни имен, ни названия организаций. Всё испытанное и испробованное говорит лишь о том, что если ты болен ментально и живешь на улице, никто тебе не поможет. Остается один-единственный способ забрать Лену с улицы, и мы будем пробовать его. В XXI веке больная девочка не должна жить в кустах в центре Петербурга».

Аня говорит: «Я не верю в систему, только в конкретных людей». И эта вера, наконец, сработала. 12 октября Лену удалось положить в больницу, где ей оказывают необходимую медицинскую помощь. Аня и служители финской церкви, с которыми девушка успела подружиться, навещают ее.