Мифы о критике

congregatio — 12.01.2020 Я тут пока отлёживаюсь, а всё чаще и отсиживаюсь, что уже приятно, и выше 138-9/92-6 со вчерашнего вечера не поднималось (кстати, эваларовский чаёк с мятой и боярышником ничо так, вкусный, если с сахаром). Причем вместе с этим практически пропало головокружение, осталась только общая слабость, руки начали попадать по кнопочкам... Так что дело было, похоже, не в барбитуре, а в самом давлении. А сейчас оно пошло на спад, и мозги опять заработали (и вчера, засыпая, я даже продумала одну сцену из финала, причем продумала "как раньше" - подробно, в красках и даже с отрывками текста в голове; ура). На то, чтоб записать, меня пока вряд ли хватит, а вот думать уже могу. И даже смогла асилевать не только вэкашные прикольчики и котиков, но и тексты побольше.

Я это к чему. На Автортудее нашлась замечательная статья, для разнообразия обращенная не к критикам - "как критиковать", и не к авторам - "как писать", и даже не к читателям - "как читать книги". То есть, она таки к читателям, но на тему "Как читать критику". Дочитав, не могу не поделиться.

Статья - лонгрид в нормальном смысле этого слова, а не в том, как это называют сейчас, когда это страшное предупреждение красуется над двумя экранами текста. То есть, натуральная такая внушительная статья, это я сразу предупреждаю. Но она классная. Традиционно заманушечка-цитата - и ссылка.

пройдусь ещё по одному мифу, который я особенно люблю. Он вообще-то состоит из двух мифов, но они части одного целого.

Подмиф номер Раз: «Всё, что надо сказать о книге, вы уже сказали в книге, и любые ваши слова о ней в обсуждениях – признак плохо написанного текста».

Подмиф номер Два: «Вы выпустили книгу в большой мир, и теперь она живёт там своей жизнью; любые слова о ней не имеют отношения лично к вам как человеку, так что принимать их близко к сердцу дело дурацкое».

Эти две идеи растут из одной: вот текст, готовый и завершённый, в руках у читателя в Тимбукту. А вот автор, понятия не имеющий ни о персоне читателя в Тимбукту, ни о его ценных мыслях о книге.

Да, при таком раскладе идея сработает. Но только при таком.

А у нас здесь – принципиально другой расклад. Как только читатель и автор оказываются членами одного клуба, имеют общий круг знакомых и прекрасно слышат всё, что друг о друге и о книгах говорится, – картина меняется кардинально. Мы можем долго рассуждать, что Петр Иваныч халтурщик и лизоблюд, а Вера Сергеевна шлюха и носит страшные причёски – но станем ли мы говорить это там, где они нас услышат? Или с теми, кто наши слова им передаст? И если станем – то наверное, представляя последствия? И даже рассчитывая на них?

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив