лытдыбр декабря: о, одиночество, как твой характер cute
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
В общем, как мы уже не раз писали, в этих местах, при отсутствии своей семьи, занимающей все свободное время работы (в данный момент я вообще жду пособия) и внятных увлечений, а также мотивации и теплых чувств от жизни, как выражается местное гостелерадио, כאן ("Кан", в смысле "тут", как они назвались после приватизации, обыграв, я надеюсь, радиозачин ici), есть чем заняться в лучшем случае туристу, прибывшему ненадолго. Все остальные приглашаются рефлексировать, обдумывать житье, беседовать раз в неделю с психотерапевтом, за пяльцами зевать, возьмите Алису с собой (но ведь и это поздно, годы спустя после гормонального сбоя сознание уже четко понимает, что не сложилось, и взгляд более ни на ком не задерживается, Фейгин не считается, он нарисованный). Три диеты (аскеза - наше все: Рождественский пост + интервалка + питание по группе крови, раз уж я ее впервые в жизни выяснила - вот это, кстати, круть, экземы и килограмма-другого, считай, как не было, подробности на http://dadamo.com), в остальном - в этом городе сонном балов не бывало, так что все декабрьские вечера для юношества существуют в основном в моей голове. Совсем без внешних впечатлений, впрочем, голова существовать отказывается, отсюда в среднем 7 ч 48 м включенного ютуба в сутки (ха, это на 14% ниже, чем на той неделе, а еще раньше, когда работал халявный премиум, доходило порой до 13-14 часов просмотра в день - но все же следует сказать, что часть времени совсем не смотришь в экран, а просто что-то звучит фоном как радио). Телеспектакли, старое (кам он, позднесоветское и перестроечное, помнящееся еще с тех пор) кино, аналитика-политика, см сабж (потрясение: не виденная до этого бондарчуковская "Война и мир", оказывается, там есть на что посмотреть, радость встречи с памятным черно-белым булгаковским "Мольером" Эфроса, "Театральные встречи", где юная Симонова внезапно поет по-английски фрагмент из "Моей прекрасной леди", с которым поступала в Щукинское училище, и т.д.)
Из того, что записывается в актив - спасибо Печкину за доступ к рабочей группе по редактированию перевода очередной книжки Пратчетта (которого я, к слову, в оригинале не осилила, с жанром не дружу), и кстати, всем втыкать в предыдущий опус под названием Человек с косой. Веду я себя там как типичный grammar nazi (грамматофошызд?): замена буквы - это лихо (а ты знал, юзернейм, что слово "шампур" напрямую заимствовано из армянского и восходит к сирийскому ШАППУДА, смешно только израильтянам), в основном мои поправки сводятся к добавить вторую забытую кавычку или убрать лишний пробел. Адский коктейль месяца - гранула соевого лецитина, небольшая часть пакетика железа, щепотка гинкго, кусочек соломинки элеутерококка, можно еще спирулины, немного зеленого чая с чабрецом и вперед (куда?). Больше нельзя, проверено, ибо как выразился доктор, с вашей чувствительностью - только к натуропатам (откусишь с одной стороны - уменьшишься, с другой - вырастешь). Ах да, еще разбор авгиевых конюшен в комнате, эпический труд, с которым еще долго возиться, но видимо все же так-жить-нельзя. Опробован штамп американских комедий - автоматическая прачечная (где еще можно быстро высушить старое пуховое одеяло?), куда приходили и уходили эфиопский мужчина, дама из Азии, быстро забравший свои вещи соотечественник, сэкономивший на сушке - в общем, сплошь представители этнических меньшинств, и один из них, может быть, йа.
* * *
Это болит все время, как справедливо замечает приятель, родившийся через три месяца после нашего отъезда и выросший в трех километрах от тех мест, где росла я. Сам он здесь по зову сердца, в смысле личной жизни, без этнической привязки - мама там, оба паспорта в кармане, но жизнь тут. И болит, потому что не может не болеть.
В детстве и юности мы думали, что страшно/экстремально - это когда ядерная война. Но выяснилось, что это она, ностальгия (допускаю, что это усугубляется побочками от снотворного и прочим, но у нее, как и вообще у дисбаланса - четыре причины, как у проблем в советском сельском хозяйстве: зима, весна, лето и осень. Весной и осенью - обострение маразма, летом жарко, зимой - например, Новый год). Это знание, что где-то в считанных тысячах километров ровесники, с которыми рос, воспитывают своих детей ровно так же, как воспитывали нас, со спецшколами, музеями, театрами, лесами, полями, церквями и дворцами, а не без этого всего вообще, включая самих детей. Это когда триггером может стать все что угодно, от панорамы русских пейзажей и городской среды в фильме до чужого отчета о выставке или анонса концертов, да просто карта местности. Это понимание, что коронавирус и войны разобщили людей так, что прежний круг общения больше не вернется, а что у тебя было еще - вопрос, и если мало что, то так и живешь то ли глядя в зеркало заднего вида (в котором, как известно, глаза велики, то есть objects may appear closer than they arе), то ли почти сворачивая шею, пытаясь бросить очередной "один взгляд назад", как в песне поется.
И хватит об этом, как писали в одной книжке. Поскольку до нового года я вряд ли вернусь сюда в качестве автора, заранее поздравляю всех, кто все еще здесь. Хвастаться нечем, подводить отсутствующие итоги странно. Из творческих успехов могу предложить разве что коммент к посту Хатуля, где я перевела на иврит с аллитерациями первые четыре строчки его текста, вот на таком уровне все.
...Впрочем, и в таких вещах нужно везение. Если бы все пошло как хотели мои родители, мы бы покинули страну в начале 80-х, но утром первого января 1980 года по радио объявили про интернациональный долг и, как выражается моя мама, закрыли канал. Это не вполне верно, выпускать переставали уже в 79, а из регионов порой выпускали и позже, но так или иначе, не писать бы мне тогда по-русски в соцсетях, а болело бы что-то другое. Однако мне удалось вырасти и сформироваться в одной среде, а сюда попасть всего 34 года тому назад, 31 декабря 1989 года. И если б я мог выбирать себя - сами понимаете.