какайсберг

karch — 17.12.2010 Дорогие мама и папа, пишу вам я, ваш сын Дядя Фёдор из Шаолиня, недавно я обрел просветление и отказался от оценочного восприятия, так что дела у меня никак

Зоя обязала меня писать в жж решительно всё, что происходит - в режиме акынской песни. Ну хуле, слушаю и повинуюсь - все-таки она Повелительница Моей Жопы. Да и даже коли бы не была оной, она же с живой не слезет, да че уж там - не слезет и с мертвой. Пишу.
У меня крутое пике. Помните, был такой комик-сериал, где на протяжении многих серий самолет всё-время падал? Вот уже три месяца я выясняю, насколько низко может упасть человек, и всё никак не выясню до конца. Сижу такая, как мисс Мурпл в роли мисс Бурпл, вся перемазанная губной помадой и всё пытаюсь приделать себе человеческое лицо.
После моего личного летнего пожарика, помноженного на всехние летние пожарища, тушка моя опять сказала свое решительное "фи", и мне приходится исследовать все круги ада по-новой.
В моих генах прописано, что на повреждения кожи тело должно реагировать нелогичным образом, а именно - аутоиммунной реакцией - выделять антитела на собственную кожу. То есть тело борет само себя - иммунные комплексы, фигурирующие в крови после пожара, поедом едят внутри меня всё, что не приколочено. И уже черт ногу сломит в закольцованной зависимости явлений - что тут причина, а что следствие - то ли физиология поставила подножку психологии, то ли наоборот, но обе эти ологии взялись за руки и поскакали бодренько в какие-то доселе неизведанные мною ады местного значения.
И за какой конец тянуть - одному господу нашему Иисусу Христу известно, да и тот молчит. Тяну сразу за все.
Вялотекуще потягиваю за физиологический конец - тянет-потянет, вытянуть не может.
Первый круг ада - плазмоферез. Это когда у тебя отнимают честным трудом нажитый литр кровушки, разгоняют в каком-то не то синхрофазотроне, не то в адронном коллайдере, убирают оттуда плазму со злоебучими иммунными комплексами, остальное заливают обратно с бонусными полутора литрами физраствора. И хорошо если полтора литра физраствора предварительно согреют на батарее, а иначе лежи замерзай от больничной "комнатной" температуры. Встаешь через два часа с койки, в глазах темно, ориентация потеряна как девственность - раз и навсегда, физраствор отчаянно просится на волю и не ссать до самого Петербурга , обе руки очень плотно в локтях перевязаны толстым слоем бинтов (обе - потому что конечно же первый раз вену начинает дуть и капельницу переставляют на другую руку), штормит и коноёбит, походка от бедра - и почесала! После процедуры положено хорошо питаться, но без посторонней помощи это неосуществимо, ибо плотные бинты снимать нельзя еще несколько часов - в капельницу добавляют антикоагулянт и кровь еще очень долго не сворачивается - снимаешь бинт и смотришь, как твоя кровиночка невозмутимо покидает тебя через отверстие от толстой иглы. И так пять раз, через день.
И вот когда уже кажется, что пора бы уже сдохнуть от плазмофереза, как ты придумываешь себе новую развлекуху - старую-добрую криосауну. Натуральная фашистская газовая камера - с жидким азотом -176 градусов по Цельсию, и ты там стоишь в чем мать родила, не считая плотных носков ТРИ МИНУТЫ. Не пытайтесь осмыслить сие, такое можно только пережить. Сермяжная суть сией экзекуции в том, что мозг получает от всех сразу рецепторов на коже недвусмысленный сигнал "убивают!" и дает команду выжить любой ценой. Включаются всякие там резервные защитные механизмы, плюс сосуды тренируются дальше, чем видят, и на хозяина организма снисходит небесная благодать. Каждый раз из десяти, что я стояла в пытошной, я вспоминала Пугачеву с ее айсбергом - дым вокруг стелется ничуть не хуже и стоишь вся такая Какайсберг.
Выбегаешь из пытошной, хотя нет - очень осторожно выходишь, стараясь не рассыпаться на куски как ледяная фигура, которой пришло в голову прийти в движение. В общем, покидаешь газовую камеру - красная, как свежая свёкла и вся жизнь проходит перед глазами. После этого жалкие -37 на улице кажутся уже лубочным подобием.
И сразу из морозилки идешь в третий круг ада - в солярий. По-моему, в этой медсанчасти, где обретаются в основном пенсионеры судостоительного завода, в солярий ходит только один человек. И это я. Во всяком случае, это хорошо объясняет то, что заведующая солярием узнала меня и вспомнила все, что со мной связано спустя три года с тех пор как я там была последний раз.
Она посоветовала мне в бухгалтерии оплачивать 2 минуты и самостоятельно выставлять себе сколько влезет - "все равно им больше никто не пользуется". И, памятуя недавний космический холод (абсолютный ноль температуры -273, при котором останавливается любое физическое движение - совсем немногим ниже, чем та, в которой я только что побывала), ты стараешься вжарить как следует - так закалялась сталь.
Но даже перепады температуры не раскачивают мою психику так, как делает это музыкальное сопровождение, доносящееся из соседнего кабинета психо- и аромотерапии. Каждый божий день там крутится одна и та же кассета с детскими песенками. Про мамонтенка, летящие качели и дождик проливной. В предлагаемых обстоятельствах это кажется столь же сатанинским, как клоуны-убийцы из фильмов ужасов. В последнее время я стала даже петь, совершая намаз мазью после прожаривания - лишь бы не слышать про к сожаленью день рожденья. Почему, ну ПОЧЕМУ мы все пели про бегущих неуклюже пешеходов по случаю дня рожденья, ведь это же не худшее, что может случиться с человеком?
Ладно, мы писали мы писали, наши пальчики приподзаебались слегка. Посему ждите ответного гудка и следуйте другим пунктам инструкции. Чмоке.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив