Граф-озорник

kirovtanin — 31.10.2025 И.М.Концевич "Истоки душевной катастрофы Л.Н.Толстого"
"...Характерно, как его описывает в этот период жизни госпожа Лопатина, православно верующая, сестра известного философа: “И вот он вдруг вошел своей легкой молодой походкой, в мягких, беззвучных сапогах, в серой блузе с тонким ремешком-поясом, со своей большой бородой и непередаваемым резко неправильным лицом, пронзительно острыми умными глазами. И глаза эти сразу, и уже на всю жизнь, показались мне жесткими, недобрыми, такими, как определил их мой отец: “волчьи глаза”. Потом уже всегда, когда он вдруг входил, мне делалось не по себе и жутко, будто в яркий солнечный день открыли двери в темный погреб”.

Мария Николаевна Толстая, сестра писателя, говорила Лопатиной: “Ведь Левочка какой человек-то был! Совершенно замечательный! И как интересно писал! А вот теперь, как засел за свои толкования Евангелий, сил никаких нет. Верно, всегда в нем был бес!” И это она совершенно убежденно говорила и, конечно, совершенно верно. Я-то в этом никогда не сомневалась. Вспоминаю, например, такой случай: на какой-то свадьбе один известный в Москве приват-доцент, сын ученого богослова-священника, опять общий наш с Толстым знакомый, был пьян; в церкви, подписываясь под брачным документом как свидетель, вошел в алтарь и положил его на престол; ему сказали, что делать этого нельзя, что это престол, а он в ответ такое кощунство сказал, что у всех волосы на голове зашевелились. Толстой, когда ему рассказали об этом, пришел в дикий восторг: “Нет! Пойдите сюда, вы не слышали?” И покатываясь с хохоту, хлопал себя по ляжкам:” Вот великолепно ответил!” Для меня это было и есть совершенно несомненным присутствием в нем беса”. Не лишен интереса и отзыв о Толстом художника Нестерова, приведенный в статье митрополита Антония (Храповицкого), Написанной им уже за границей в 1933 г.

“Невольно припоминается мне заключение художника Нестерова, прогостившего у Льва Николаевича целую неделю и говорившего мне лично: ”Я с великим удовольствием всматривался в этого гениального человека и старался его понять. Кто он? Увлекшийся ли паче меры мистик, или последовательный лицемер и обманщик, или просто изолгавшийся болтун? Долго я об этом думал и наконец, проверив свои личные впечатления от его слов и поступков, я окончательно решил: это барин озорник, который почти с одинаковой искренностью или неискренностью бросается в дебри разных, друг с другом непримиримых фантазий, и, привыкнув выворачивать на бумагу все, что ему взбрело в голову, опираясь на свой авторитет у доверчивых читателей, а равно и на свою способность прибегать к самым смелым софизмам, очень мало беспокоится по поводу всяких литературных обличений своих критиков, а отмахивается от последних простым заявлением: “Мои убеждения еще слагаются, и потому немудрено, если я неоднократно от одних переходил к другим мыслям”.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив