Ещё про Сталина. Продолжение
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Сталин неугодных ему товарищей обвинял в отклонении от генеральной линии партии. Бухарин и Рыков обвинялись в правом уклоне, Зиновьев – в левом уклоне. Остроумный человек Карл Радек изобразил это графически. Он провёл вертикальную прямую линию, на некотором расстоянии от неё провёл параллельно ей такую же вторую вертикальную прямую, а между ними – зигзагообразную линию, которая эти параллельные прямые соединяла. Про левую прямую он сказал, что это левый уклон, про правую – что это правый уклон, а про немыслимо запутанную кривую между ними – что это генеральная линия нашей партии.
Но в 1937 году Сталин обвинял товарищей уже не в отклонении от генеральной линии партии, а во вредительстве и работе на зарубежные разведки. И назывались они уже не уклонистами, а вредителями и врагами народа.
У массовых сталинских репрессий был особый сталинский почерк. Прокурор СССР Андрей Януарьевич Вышинский провозгласил, что признание – королева доказательств. Это – юридический нонсенс. Признание никогда не считалось не только королевой доказательств, но вообще доказательством. Человек мог оговорить себя для того, чтобы выгородить истинного виновника, и ещё по множеству причин. Но если у нас теперь признание – королева доказательств, то, значит, доказывать уже ничего не нужно, нужно только получить признание. И признание получали. Заключённых подвергали чудовищным пыткам, каких не знала инквизиция, а если они и под пытками не признавались, то им говорили, что сейчас в камеру приведут их мужа или жену, их родителей или детей и будут с ними делать то, что делают с заключённым. Дочь Тухачевского рассказала, что когда ей было 14 лет, её привели в камеру к отцу и сказали, что если Тухачевский не подпишет признание во всём, в чём его обвиняли, то сейчас у него на глазах все присутствующие по очереди изнасилуют его дочь. И Тухачевский всё подписал.
Многие признавались в чудовищных преступлениях и брали на себя вину, в которую невозможно было поверить, надеясь, что на суде это обвинение развалится. Камил Икрамов, который жил в начале Большой Ордынки, рядом с домом, где живу я, признался в том, что роет подкоп от своего дома под Москва-рекой, чтобы по этому подкопу пройти в Кремль и убить товарища Сталина. Конечно, поверить в это было невозможно, однако, ему поверили и даже не удосужились убедиться, есть ли действительно подкоп.
Сталин очень одобрял тех сотрудников органов, которые пытали лично. А тех, кто лично не пытал, называл слабаками. И вообще, Сталин наслаждался репрессиями. Атмосфера боли, страха, унижения – это была его стихия. Больше всего ему нравилось, когда удавалось заставить человека предать своих друзей. Предательство – Иудин грех – приносило ему наибольшее удовольствие. Сталин любил зло. Оно доставляло ему радость, веселье, действовало на него, как биостимулятор.
Жалко каждого, кто стал жертвой сталинских репрессий. Но тех, кого мы не знаем, жалко теоретически, а за тех, кого знаем, сердце болит. Мне очень жалко Николая Ивановича Вавилова. Он был великий учёный-генетик, руководил Всесоюзным институтом растениеводства. Созданные им коллекции института используются и сейчас. К ним обращаются учёные всех стран. Вавилов был арестован в 1940 году по ложному доносу и незаконно обвинён во вредительстве и связях с оппозиционными политическими группами, в 1941 году — осуждён по статьям УК РСФСР 58-1, 58-6, 58-11 (вредительство, помощь буржуазным организациям, подготовка или недонесение о готовящихся преступлениях) и приговорён к расстрелу, который впоследствии был заменён 20-летним сроком заключения, во время которого он умер от голода. А дальше Сталин поступил в своей манере – брата Николая Ивановича, Сергея Ивановича Вавилова, он сделал президентом Академии наук СССР. И Сергей Иванович принял этот пост из рук убийцы своего брата, тем самым предав память брата. Сталин уничтожал самых достойных, отбирая их безошибочно. И чем достойнее была жертва, тем большее удовольствие получал палач.
Был репрессирован великий режиссёр Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Известно письмо, которое из места заключения Мейерхольд написал Молотову: «…Меня здесь били — больного шестидесятишестилетнего старика, клали на пол лицом вниз, резиновым жгутом били по пяткам и по спине, когда сидел на стуле, той же резиной били по ногам […] боль была такая, что казалось, на больные чувствительные места ног лили крутой кипяток…» Любимая жена Мейерхольда Зинаида Райх была зверски убита неустановленными лицами.
Мартиролог жертв Сталина можно продолжать бесконечно.
Продолжение следует.
|
</> |