День в истории. Запрещённый мир «вражеских голосов»

maysuryan — 29.11.2024 Теги: Брежнева
Аминадав Каневский (1898–1976). «Сбежались на голос». 1958

29 ноября 1988 года в СССР полностью выключили все «глушилки» — генераторы радиопомех, которые мешали слушать «вражеские голоса», вещавшие на Советский Союз.
Впрочем, как радиослушатель, довольно плотно слушавший эти самые «голоса» в 1982—1987 годах, должен сказать, что мешали слушать далеко не все радиостанции.
Году в 1980-м, будучи школьником 4-го класса, я прочитал в сказке советского сказочника Лазаря Лагина «Старик Хоттабыч» про судьбу американского богача Гарри Вандендаллеса, превращённого волшебником в собаку: «Богатейшие владыки Уолл-стрита постоянно шлют ему отборные кости с собственного стола. Раз в неделю он выступает за это с двадцатиминутным лаем в радиопередаче «Голос Америки».
Прочитав такое, я после этого с интересом спросил у отца:
– А ты слушаешь радио «Голос Америки»?
Мне было очень любопытно узнать, действительно ли там есть передача с 20-минутным собачьим лаем мистера Вандендаллеса – написанное в повести про Хоттабыча я воспринял вполне серьёзно.


Юрий Трунев (1921–1986). «Клевещание»
Стихи Генриха Тумаринсона (1935–2015):
Собака лает, ветер носит.
А микрофон – он всё выносит.

– Нет, – ответил он, – я слушаю «Радио Канада».
Я был разочарован.
– А почему? – спросил я.
– Ну... вот так.
Причина, насколько я теперь понимаю, заключалась в том, что «Голос Америки» в то время глушился, а «Радио Канада» на русском языке – нет. Ещё не глушились радио на русском языке: Швеции, Греции, Франции, Турции, Ирана... – и всех соцстран, в том числе Албании, КНР, Румынии и Югославии. Так что любитель иностранного эфира имел довольно широкий ассортимент радиопередач на русском языке, на все вкусы: от сталинистской Албании до натовских Франции, Канады и Турции.
А в общем, это был целый «запрещённый» мир, что-то вроде аналога современного интернета или, возможно, его заблокированной, «тёмной» стороны.


Рисунок Ивана Семёнова (1906—1982)


Кукрыниксы. Рисунок 1974 года

А что собой представляло глушение, с точки зрения слушателя? Представьте себе: чёткий, ясный голос диктора, без малейших радиопомех, сообщает: «Вы слушаете «Голос Америки» из Вашингтона!», и передаются позывные радиостанции. Так повторяется несколько минут, но стоит начаться самой передаче, как в эфире на той же частоте вдруг разражается буквально ураган звуков, состоящий из громкого скрежета, грохота, лязга, визга, обрывков каких-то радиопередач и прочей нестерпимой какофонии. Всё вместе это напоминает рёв водопада, причём повторяется, как будто прокручивают одну и ту же запись. Голос ведущего либо совершенно исчезает за этой дикой свистопляской, либо приходится, морщась от неприятных звуков, пытаться как-то отстроиться, крутя ручку настройки, и разобрать тонущие в нём слова и отдельные фразы. Не всегда это было возможно...
Впрочем, иногда всё-таки можно было послушать и «Голос Америки», когда глушение почему-то ослабевало или даже вдруг почти исчезало вовсе. И, кроме того, я сейчас описываю ситуацию 1982–1987 годов, а в 70-е годы, после подписания соглашений в Хельсинки, глушение «Голоса Америки» на несколько лет было прекращено. Совершенно не глушились, например, и музыкальные передачи Би-Би-Си, которые вёл колоритный ведущий Сёва Новгородцев. Где-то я читал, что «Сёва» – это был специальный проект, созданный, чтобы увлекать аполитичную, но интересовавшуюся музыкой советскую молодёжь. Может быть. Меня этот Сёва совершенно не интересовал...
А вот что совершенно невозможно было слушать до ноября 1988-го – так это «Радио Свобода» и «Немецкую волну». Они глушились очень плотно, по моему разумению – непробиваемо. Я их и не слушал, и не слышал, если не считать позывных :) так что ничего об их передачах сказать не могу.

У слушателей глушение вызывало, разумеется, не самые приятные чувства. Мне запомнилась одна передача новостей «Голоса Америки» 1984 года, в которой глушение включилось не сразу, и диктор успел прочитать шапки главных новостей. Первая новость гласила, что один из лидеров иранских коммунистов, партии ТУДЕ, шейх такой-то выступил по телевидению Исламской Республики с покаянным заявлением, где раскаивался в своих взглядах. И тут включился «водопад». Как сейчас помню свою досаду – хотелось слушать дальше, понять, что там происходит, а слушать стало совершенно невозможно, ни единого слова сквозь рёв было не разобрать...

Когда в ноябре 1988 года глушение западных радиостанций полностью прекратилось, вдруг выяснилось, что за время созданных им оранжерейных условий сторонники советских ценностей и социализма почти разучились отстаивать эти ценности в полемике с открытыми врагами. Что и не замедлило сказаться, и сильно облегчило последующее крушение СССР и социализма...

Но остановлюсь сейчас на передачах радиостанций соцстран, которые я тоже слушал в 1982–1987 годах.
«Радио Пекин». Впервые я его услышал ещё в 1976 году, когда умер председатель Мао. Отец в тот день поставил на кухонный стол радиоприёмник и включил «Радио Пекин». Обычно он его не слушал, предпочитая западные передачи, но по такому случаю решил включить пекинское радио. Я с удивлением вслушивался в позывные «Алеет Восток» и голоса китайских дикторов с непривычным акцентом, начинавшие передачу стандартной формулой: «Говорит Пекин! Говорит Пекин! Здравствуйте, дорогие советские радиослушатели. Начинаем передачу из Пекина на русском языке...» Впрочем, что именно говорили дикторы о Мао, у меня в памяти совершенно не сохранилось, помню только их резкие голоса с непривычными, какими-то режущими слух интонациями.



Потом я немало послушал и это радио, но это было гораздо позже, уже в 1982—1987 годах... Никакого глушения китайского радио в те годы не было, во всяком случае, на фоне глушения «Радио Свобода», которое действительно невозможно было слушать, как писк комара неразличим сквозь рёв Ниагарского водопада. Впрочем, и в 1976 году я тоже никаких помех для «Радио Пекин» не запомнил...
Одной из линий конфликта Москвы и Пекина была война в Кампучии-Камбодже. КНР поддерживала в той войне «красных кхмеров», то есть полпотовцев, и правительство принца Нородома Сианука (1922—2012), в которое полпотовцы входили одной из фракций. Сианука именовали в пекинских передачах «комте» (звучание слова передаю примерно, со слуха), хотя в советской прессе его называли именно «принцем». В Пномпене в то время сидело другое правительство, Народной Республики Кампучия, поставленное туда Вьетнамом. Это правительство поддерживал и СССР.
Почти в каждый выпуск новостей «Радио Пекина» входили новости о боевых столкновениях «красных кхмеров» с вьетнамскими войсками в Кампучии. И я невольно обратил внимание, что они раз за разом заканчивались словами: «Было уничтожено двадцать пять вьетнамских вояк». Никогда не 24, не 26, тем более не 5 и не 15. Всегда только и именно 25! Вначале эти магические цифры вызывали у меня улыбку, потом смех, потом гомерический хохот. Стоило в новостях прозвучать словам «Демократическая Кампучия», как я уже знал и предвкушал, что сейчас услышу сакраментальную фразу про «двадцать пять вьетнамских вояк». Как-то раз слушал новости не один, а с кем-то из родственников, и заранее предупредил его в начале сообщения: «Было уничтожено 25 вьетнамских вояк!» Когда та же фраза, слово в слово, прозвучала из радиоприёмника, он удивился: «А ты откуда знаешь?!»...
Понятно, что такая по-детски наивная пропаганда никакого сочувствия найти у меня не могла, я над ней только смеялся.

Несколько раз я натыкался на румынское радио на русском языке. Румыния была соцстраной, но немного «себе на уме». Например, она резко осудила подавление «Пражской весны» в 1968 году, в Бухаресте по этому случаю прошли мощные митинги протеста с участием президента Чаушеску. А ещё Чаушеску катался в карете с английской королевой, что считалось для президента соцстраны небывалой честью.


Николае Чаушеску и Маргарет Тэтчер

В румынских художественных фильмах, которые я иногда смотрел в кинотеатрах, проскальзывало что-то «не наше» – например, в одной комедии был не без юмора изображён агент Интерпола, приехавший в Румынию. Румыния была единственной соцстраной, где действовал Интерпол. А ещё Румыния в 1970-е годы была единственной соцстраной, поддерживавшей дипотношения с Израилем...
Но передачи румынского радио были категорически неинтересны, и скорее напоминали по тону тот же Китай. Единственное, что я из них запомнил – это выражение «президент Социалистической Республики Румыния гений Карпат Николае Чаушеску». Услышав его в первый раз, я почти ушам своим не поверил, и подумал: неужели не стыдно нести такое...

Совсем иным по тону было югославское радио. Слушать его было приятно – новости подавались в объективном ключе, как бы вполне беспристрастно. Так работали и западные радиостанции – на первый взгляд, никакого топорного и неуклюжего навязывания своей точки зрения по методу слона в посудной лавке. Никаких назойливых словечек типа «мол» или «дескать», которые безумно раздражали меня тогда в передачах советского телевидения. «Президент США Рейган заявил, что, дескать...» На самом деле это был просто более тонкий, более аккуратный уровень внушения своей позиции – через подбор фактов, использование определённых слов – скажем, то, что в одном случае называется «повстанцы», в другом именуется «террористы» и т.д. Но тогда, по наивности, это казалось самой объективностью...

И, наконец, самой колоритной и, пожалуй, любопытной из радиостанций соцстран было в те годы «Радио Тираны». Это была радиостанция Албании – страны, поссорившейся с Москвой (не поддержавшей хрущёвскую критику Сталина). В 1983–1986 годах я любил слушать передачи «Радио Тираны» на русском языке. Голоса дикторов были с небольшим акцентом, но, в общем, ясные, чёткие и понятные, чего нельзя было сказать ни о передачах Пекина, ни о радио Румынии. Албанцы чеканили свой текст, и их было приятно слушать. Радио не глушили. В каждой передаче непременно звучали резкие обличения «хрущёвской ревизионистской клики» (даром что Никита Сергеевич к тому времени уже два десятка лет был не у власти и около десятилетия – на том свете, но Брежнева, Черненко, Андропова в эту «клику» тоже включали). А завершалась получасовая программа торжественным исполнением «Интернационала». Это производило особенное впечатление... И ещё немалое впечатление на меня произвёл эпизод, о котором я услышал тогда по «Голосу Америки» — что в 1967 году руководитель Албании Энвер Ходжа «распорядился публично сбрить бороды последним священникам в стране, и с этого момента религия в Албании считалась ликвидированной».

Албанские карикатуры на Н.С. Хрущёва:


«Никита Хрущёв. Соответствие шляпе».


«ХХ съезд КПСС — любимый ключик дяди Сэма»

Албанские карикатуры на Л.И. Брежнева:


«Трибуна XXV съезда КПСС». 1976. Изображает выступающего Л.И. Брежнева (трибуна изображена в виде Н.С. Хрущёва)


«Брежнев: Я есть партия всего народа!». 1976 год


«Руководитель». 1976 год


Брежнев в виде кота на царском троне, которому тащат дань мышки-соцстраны: «сливочное масло из Польши, овощи из Болгарии, говядина из Венгрии, мёд из Чехии и... порка из России!». 1977 год


«Отец Леонид защищает угнетённых»


«Столпы советской молодёжи». Изображает порочную и выродившуюся из-за ревизионизма советскую молодёжь. Характерно, что фоном рисунка служит храм как явный символ реакции

Кстати, у меня в школе был одноклассник — ходжаист. Вообще, ребят хоть с какими-то политическими убеждениями в моём классе было совсем немного (напомню, что речь идёт про 1983—1984 годы). Один называл себя анархистом — но в теории анархии, кажется, совсем не разбирался, только с чувством цитировал запавшую ему в голову фразу о том, что «анархия — мать порядка». Идейных коммунистов — тут современный читатель может немножечко удивиться — не было от слова «совсем». Вернее, был, но только один — вот этот ходжаист по фамилии Максимов. Он доказывал, что в Албании построен коммунизм, даже и с учительницей обществоведения спорил об этом. В конце концов они сошлись на том, что там построен «военный коммунизм». Демократической Кампучией он тоже восхищался — причём имел о ней представление по советским обличительным статьям, где Пол Пота обвиняли в геноциде, истреблении миллионов, но ему всё это нравилось. Чем жёстче, тем лучше. Я у него как-то спросил:
— Ну, хорошо, допустим, а зачем всё это — казармы, военная дисциплина и т.д.?
Он, с некоторым недоумением, ответил:
— Этим обеспечивается очень высокая производительность труда!
Мне осталось только плечами пожать...

Один или два раза я набрёл, крутя ручку настройки, на радио Исламской Республики Иран на русском языке. Больше всего меня поразила их музыка, точнее, песня. Это было хоровое исполнение исламско-революционной песни — ведь инструментальная музыка там не одобрялась, и на официальном радио её быть не могло — но хор, как видно, допускался. Песня состояла всего из двух слов, которые много раз повторялись, и не требовали перевода. Слова эти были «Хомейни имам!». Слова эти повторялись в песне на разные лады... Это, конечно, сильно впечатляло, но не привлекало...

О западных радиоголосах расскажу в следующий раз...


1957. Стихи из советской печати

(Окончание следует)

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив