день учителя

maxnicol — 05.10.2018 Физик выпивает. На носу и на щеках учителя сеточка воспаленных капилляров, у него подрагивают пальцы, но объясняет тему он не сбиваясь, даже никуда не заглядывая: ходит между рядами и рассказывает про закон Ома или про термодинамику проще и понятнее, чем в учебнике.
Правда, иногда добравшись до конца одному ему видного абзаца, Физик заходит в подсобный кабинет в конце класса. В этой – её называют лаборантской – комнате на столах и в шкафах стоят осциллографы, генераторы, электрофорные машины и много что еще, был там пару раз, когда просили достать какие-то приборы с верхних полок или что-то там передвинуть.
Физик плотно закрывает за собой дверку, но мы иногда слышим позвякивание стекла через квадратное окошко для кинопроектора. Когда учитель выходит – на очередной глоток требуется не больше минуты, две от силы – его окружает постепенно расползающееся облачко запаха спиртного.
И он внивь ходит по проходам между столами и не сбиваясь продолжает вкладывать в нас тему занятия.
В тот день, когда Физик второй раз за урок скрывается за своей спасительной дверкой, сын собкора Комсомолки в Западной Европе бесшумно раскрывает портфель, достает небольшую коробку, сует её в парту, достает два сэндвича с колбасой, вынимает один, осматривает с двух сторон, примеривается – и сует в рот сразу половину. Левой рукой Витя кладет оставшиеся полкуска с полукружьем следа зубов в ящик стола, а правой доминает батон с колбасой за щеку и жадно жует, стараясь проглотить комок до возвращения физика.

Я сижу левее и на одну парту сзади, так что всё отлично видно.
Физик выходит, тихо притворяет дверь в лаборантскую и продолжает с того места, на котором прервался, чтобы сделать глоток:
– Магнитные линии в однородном магнитном поле располагаются параллально, в то время как…
Только вот пошел он на этот раз не по ряду, ближнему к входу в подсобку, а – пробравшись за задними столами – по нашему.
Не прерывая размеренной речи и поравнявшись со столом, в котором лежат полтора куска батона с пахнущей копченой колбасой, Физик делает стремительный выпад правой – после новой дозы уже не дрожащей – рукой в стол, перекладывает надкусанный сэндвич в левую, так же проворно оттягивает правой воротник Витиного кителя и рубашки, ронят в щель колбасный бутер и разминает его по спине сына пропагандиста-международника, одновременно вытирая сальные пальцы о школьную форму.
Мне по-прежнему всё отлично видно.
Витя мучительно краснеет – он сидит с девочкой, к которой неравнодушен – и передергивает плечами, пытаясь отлепить от лопаток жирную колбасу.
Физик невозмутимо продолжает:
– В неоднородном же магнитном поле направление магнитных линий может быть разным.

У своего длинного, практически поперек всёго класса, стола учитель разворачивается – и видит поднятую руку теперь уже побелевшего от ненависти Виктора Дубова, чей отец, золотое перо советской журналистики, наверняка как раз пишет статью о том, как недоедают в условиях исторически обреченного капитализма французские рабочие.
Ясно, что такой сырокопченой с жирком работяги Рено отродясь не нюхали.
– Вопросы по теме – в конце урока, – говорит Физик поджатыми губами.
– Можно выйти? – твердо спрашивает Витя.
– Да, пожалуйста, – соглашается Физик. – И возвращаться на этот урок уже больше не нужно, так что портфель лучше взять с собой. Ну а на следующие – милости просим.
Витя нагибается за портфелем, смахивает в него второй сэндвич и идет к выходу, а Физик продолжает:
- Очень важно понимать и помнить, что в неоднородном магнитном поле магнитные линии в любом случае никогда не пересекутся.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив